среда, 14 августа 2013 г.

Fairy Tail фанфик / Сладкая парочка. Глава 32

Автор: evicathy
Беты (редакторы): Yuki Tao, Ty_Rex
Название: «Сладкая» парочка
Жанр: романтика
Пейринг: Нацу/Люси, Грей/Джубия
Рейтинг: NC-17
Размещение: если нравится, забирайте, только имя автора чур не изменять!
Дисклеймер: все права на персонажей и мир принадлежат Хиро Машима

Глава 32. Знакомство с родителями или Развивающие игрушки


- Не подглядывай!

С легким шлепком туго свернутый бумажный свиток припечатал парочку ершистых розовых вихров. Недовольно покосившись на их хозяина, заклинательница духов спрятала от него свои записи тем довольно типичным жестом, которым благонравная отличница оберегает тетрадь от вездесущего носа соседа-двоечника — не из жадности, а по одному лишь искреннему убеждению, что списывание, прежде всего, навредит ему самому, оставив навеки неучем.

- Ну, Люси, - сразу же запротестовал парень, вынужденный прекратить подпольное занятие — чтение ее нового рассказа, который как раз в эти мгновения рождался на свет. - Я же еще не дочитал!

Огненный маг примостился в узком промежутке между кроватью и письменным столом, за которым восседала белокурая волшебница, и оттуда увлеченно следил за вытекающими из-под ее пера чернильными строками.

- Что там дальше стало с этим Карпом? Продул он монаху или нет?

- Во-первых, не Карп, а Карл! - степенно поправила его юная писательница. - Моего героя зовут Карл. Во-вторых, дальше я еще не написала. А в-третьих, Нацу, когда я допишу, сначала мой рассказ будет читать Леви, а потом уже все остальные, включая тебя!

Убийца драконов благополучно «не расслышал» последние два пункта.

- Мне больше нравится «Карп» - вкусно звучит! - разошелся в зубастой улыбке его рот.

Надо отметить, что юноше особенно импонировали имена «аппетитные», иначе говоря, те, от которых обильно выделялась слюна и голодно урчало в животе. А поскольку "Карп", благодаря ассоциациям с одноименной рыбой, вызывал в организме драгонслеера вышеописанную реакцию, он, безусловно, выигрывал, по его мнению, в этом негласном состязании. Люси, однако, имела свои собственные соображения на сей счет. Дело в том, что сестра Карла, согласно авторской задумке, разлученная с братом еще во младенчестве, должна была воссоединиться с ним несколько позже по ходу повествования. И зваться этой героине полагалось Карлой, а отнюдь не Карпой.

- Ты зачем вообще пришел? - недовольно нахмурила брови заклинательница.

Огненный маг присел на спинку кровати и заболтал ногами, невзначай пиная ими стол.

- Так, просто, - жизнерадостно отозвался он.

- Но я же предупреждала вчера...

- Хэппи так и сказал, что ты будешь недовольна, - перебил девушку убийца драконов.

- Конечно, я недовольна! - фыркнула она. - Говорила же, чтобы сегодня вы меня не беспокоили! Вот Хэппи, в отличие от некоторых, слушается меня. Он молодец, а ты, Нацу, нет, - блондинка укоризненно покачала головой, затем, сдаваясь, вздохнула и добавила:

- Но раз уж ты все равно здесь, будь добр, сядь смирно и не мешай мне, иначе — выгоню.

Убийца драконов перестал пинаться, сложил на груди руки и воззрился на подругу ясным взглядом послушного мальчика. Юная писательница склонилась над листком бумаги.

Накануне вечером Люси, в самом деле, просила друзей не показываться в ее доме весь следующий день с утра и до ночи включительно. На девушку напало вдохновение, и она собиралась посвятить это время своему новому рассказу. Потому утром огненный маг с синим котом, не заходя к заклинательнице, двинулись прямиком в гильдию, где, подзаправившись любимыми кушаньями, ввязались в классическую драку и принялись напропалую жечь впитанную с завтраком энергию. В процессе размахивания кулаками убийца драконов приобрел два синяка, а его пушистый приятель, ненароком угодив в центр побоища, лишился двух клочков шерсти. Впрочем, остальным участникам потасовки досталось куда сильнее. Как обычно, порядок восстановила явившаяся Эрза.

Юноша с котом по поводу своих незначительных ранений ничуть не тужили и даже успели соснуть до обеда, пробудившись, точно по команде, от синхронного ворчания опустевших желудков. Когда вместилища пищи обоих вновь заполнились до краев, драгонслеер начал подговаривать товарища сходить проведать их затворившуюся от мира соратницу.

Однако тут впервые за весь день в тандеме наметился разлад: Хэппи отказался сопровождать приятеля. Неожиданно переквалифицировавшись в примерного паиньку, синий кот благоразумно заявил: «Если я не пойду к Люси сегодня, завтра она будет ласкова со мной и угостит рыбкой». Услышав о таких перспективах, юноша невольно задумался: интересно, а если и он поступится затеей навестить подругу прямо сейчас, чем воздастся ему за хорошее поведение? Люси накормит его мясом? Будет с ним ласковой? О, если так, то это реальный шанс получить, наконец, столь желанный драконий поцелуй!

За этой так и не обломившейся ему роскошью убийца драконов планомерно охотился со дня первого свидания, однако до сих пор застать дракониху в подобающем расположении духа ни разу не удалось. Ласковая Люси — на это он бы посмотрел! Руководствуясь подобными мыслями, Нацу до вечера пробыл в гильдии, хотя, без заклинательницы духов под боком, родная обитель и казалась ему немного не такой, как всегда. Лучшим решением, возможно, стала бы миссия: они с Хэппи могли бы взять заказ на двоих и с пользой провести этот день. Однако ни сам юноша, ни его кот об этом варианте даже не подумали. Как можно отправляться на задание неполным составом?! Это же страшная подлость по отношению к их напарнице! Должно было произойти что-то поистине из ряда вон выходящее, чтобы Нацу с Хэппи ушли без Люси — третьего незаменимого члена их команды.

Таким образом, скоротав время в гильдии, вечером того же дня розововолосый убийца драконов и его усато-хвостатый компаньон возвращались к себе домой. Посредине лесной тропы, что вела к их скромному жилищу, огненный маг неожиданно остановился.

- Слушай, Хэппи, - повернулся к приятелю он, - я, наверное, все-таки, схожу к Люси, - улыбнулся парень.

- Уверен, Нацу? - с сомнением спросил его котенок. - Ей может это не понравиться...

Юноша слегка побледнел, улыбка, впрочем, застыла на его губах, будто приклеенная к ним суперклеем. Широкий лоб оросился крохотными каплями пота. Драгонслеер знал, что в порыве гнева его дракониха по части нагнетания страха может сравниться с самой Эрзой. Не исключено также, что незваного посетителя блондинка поприветствует фирменным пенделем. Нацу с усилием сглотнул, отгоняя прочь худые мысли, затем улыбнулся коту уже свободно, без натяжки.

- Я схожу к ней!

Хэппи, глядя вслед пустившемуся рысью другу, только промурлыкал свой извечный диагноз:

- Сладкая парочка.

Итак, почему же он передумал? Что привело огненного мага в дом заклинательницы духов, вопреки предупреждению последней о нежелательности посещений и вопреки его собственным планам соблюсти ее наказ? Все очень просто — день без Люси показался Нацу непреодолимо длинным. Для того, кто привык в переполненной народом гильдии ежедневно ловить краем глаза мелькнувший среди лиц друзей золотисто-пшеничный мед ее волос, для того, кто при первом желании увидеть ее, срочно бежал разыскивать и, где бы она не оказалась на тот момент и чем бы ни была занята, заявлял о своем присутствии, вызывая бурю эмоций с ее стороны, для того, наконец, кто называл теперь ее своей драконихой, один день без милого сердцу запаха, без славной улыбки, без возмущенно-смущенного возгласа «Нацу!» тянулся слишком долго. Потому, как бы ни был грозен знаменитый пендель, юноша на свой страх и риск заявился к девушке в гости, сознательно нарушив ее указания.

В свою очередь Люси пребывала теперь в крайнем затруднении: драгонслеер своим появлением привнес в ее творчество те муки, которые до его визита к счастью обходили юную писательницу стороной. Ее извечная слабость перед взглядом убийцы драконов давала себя знать: спокойно трудиться над рассказом в таких тяжелых условиях, когда парень неотрывно глазел на нее, блондинка не могла. Стоило выдворить визитера, как только он нарисовался этим вечером в ее комнате. И будь юноша всего-навсего не в меру пылким воздыхателем, она бы прогнала его взашей, не раздумывая ни минуты. Но Нацу — это гораздо больше, чем просто воздыхатель. Он значил так неописуемо много, что выставить юношу без веской причины, из личного каприза, рука не поднималась. Во-первых, огненный маг являлся ее лучшим другом, во-вторых, Люси наперед знала: если Нацу уйдет, вместе с ним ее покинет и вдохновение. Вместо того, чтобы писать рассказ, остаток вечера она проведет в сожалениях о своем поступке и до самого утра не сможет думать ни о чем, кроме убийцы драконов.

Итак, очевидно, что для плодотворной писательской работы заклинательнице требовалось иметь его рядом с собой, но так, чтобы драгонслеер при этом не таращился на нее. Придя к такому умозаключению, блондинка поднялась из-за стола, подошла к книжному шкафу и, опустившись на корточки, принялась рыться в его нижнем отделении. Спустя полминуты девушка вытащила из дальнего угла картонную коробку и, не забыв аккуратно прибрать на место извлеченные в процессе поисков вещи, вместе с коробом направилась к гостю.

- Что это? - полюбопытствовал тот, когда хозяйка вручила ему свою ношу.

- Да так, всякая всячина, - неопределенно махнула рукой Люси. - Покопайся там, может, найдешь что-нибудь интересное.

С этими словами заклинательница, которая рассчитывала, что игрушки займут на время ее розововолосую Музу, возвратилась к работе, а заинтригованный юноша побрел к обеденному столу с новоприобретенным «сундуком сокровищ» в руках.

Водрузив ящик на ровную поверхность столешницы, огненный маг тотчас же сунул туда руку и извлек наружу загадочный прибор непонятного назначения — компактную прямоугольную коробочку розового цвета, оснащенную двумя стеклянными кругляшками, которые располагались один над другим, точно по центру передней панели. Верхнее стекло, слегка выпуклое, немного уступало нижнему, идеально плоскому, в диаметре и напоминало собой линзу. Между этими стеклышками, на равном удалении от обоих, помещалась надпись, по-видимому, наименование аппарата - «Ко Кон». Убийца драконов с жадным интересом взялся изучать новую игрушку, пытаясь разобраться, как она работает. Абсолютно случайно он задел пальцем нижнее стекло и тут же издал вопль изумления.

- Люси! Люси! - спустя секунду парень уже вытанцовывал возле стола девушки.

Блондинке пришлось вновь прервать свое занятие. Она отложила в сторону перо, перевела взгляд на беспокойно егозящего перед ней юношу и вынуждена была сощуриться: глаза атаковал ярко-красный цвет, полностью заменивший собой нейтрально-черный окрас его костюма. По всему было видно, что Нацу ознакомился с прибором из серии «Магия Цвета», предназначенного для перекраски одежды под настроение. Приобрела его заклинательница духов еще на заре своего увлечения магией. В то время она частенько покупала приспособления для так называемого бытового волшебства, мня себя при этом если не великой волшебницей, то, по-крайней мере, весьма преуспевающим магом. Вскоре, правда, пришло понимание, что обладание подобными устройствами выдающейся волшебницей ее не делает. Воспользоваться той же «Магией Цвета» не составило бы труда и ребенку. Повзрослев, Люси перестала коллекционировать магические прибамбасы, хотя знания о механизме работы многих вещиц такого рода прочно осели в ее памяти. В частности, еще до запрета на продажу девайсов с подчиняющей магией, нередко встречалось ей на прилавках магазинов товаров для волшебников то самое кольцо, чудодейственной силой которого Бора из Носа Титана заманил на корабельную вечеринку юных дев города Харгеона в день, раз и навсегда переменивший жизнь Люси Хартфилии.

Новую цветовую гамму Нацу заклинательница про себя уже окрестила «бешеным томатом». Покрасовавшись перед подругой в революционно-красном, огненный маг вновь потер пальцем стеклышко и на сей раз предстал пред ней в сочно-рыжем одеянии, за что блондинка мысленно закрепила за ним кличку «очумелый апельсин». За сумасбродным оранжевым последовал кукольно-розовый цвет ягодной жвачки, который, скооперировавшись с волосами юноши, превратил его в одно большое розовое пятно. Люси, хотя и любила иной раз розовые вещи, но все же не до такой, сродни помешательству, степени.

- Ты сливаешься, - бросила она драгонслееру и снова взялась за перо. - Все, иди, Нацу, экспериментируй в другом месте. Я пишу!

Убийца драконов, подобно хамелеону, на ходу меняя свинячий розовый на небесно-голубой, пошагал обратно к своему ящику. Там забава продолжилась: он побывал травянисто-зеленым, как кузнечик, болотно-зеленым, аки лягушка, грязно-зеленым, подобно крокодилу, горчично-, лимонно-, яично-желтым, дымчато-сиреневым, винно-бордовым, шоколадно-коричневым, фиолетовым, бирюзовым, коралловым, хаки, индиго, электрик и примерил на себя еще добрую половину цветового круга. В конце концов, развлечение приелось и, вернув костюму исконную расцветку, для чего необходимо было потереть в центре стеклянной окружности, Нацу решил посмотреть, чего еще интересного приготовила ему волшебная коробка.

Второй аппарат, вытянутый юношей из недр сокровищницы, отличался продолговато-вытянутой формой, толщиною напоминал средних размеров огурец, да и вообще, внешним видом довольно сильно смахивал на вышеуказанный овощ, разве что только вместо пупырышек — абсолютно гладкая поверхность, а внизу, у самого основания — единственная на всем приборе кнопка. Огненный маг, не будь дураком, сразу же на нее надавил. Таинственный агрегат отреагировал легкой дрожью, которая длилась не более трех секунд и стихла, так и не сотворив никакого чуда. Очень похоже ведет себя отказывающийся заводиться манокат, когда у его водителя недостаточно магической энергии для управления машиной. Может, и Нацу не доставало чего-то специфического для эксплуатации этой штуковины? Юноша пощелкал кнопкой снова — безрезультатно. Был еще один вариант: банальная неисправность. Убийца драконов, несколько разочарованный неудачей, отправился справляться о странном устройстве у его хозяйки, которая непременно должна была знать, в каких целях и каким образом оно используется.

- Люси, эта штука не работает, - пожаловался драгонслеер, повторно возникая рядом с письменным столом подруги и вставляя очередную палку в колеса бурному процессу творчества.

- Какая? - рассеянно отозвалась девушка, сосредоточенно выводя последние несколько слов абзаца.

- Вот эта.

Поставив точку в предложении, блондинка глянула на огненного мага и — побледнела. Мама родная! Глаза вылезли на лоб, челюсть отвисла, ватный язык прилип к небу. Что она там говорила насчет розового? Приметная шевелюра цвета сакуры нынче обрела жгуче-ядовитый едко-зеленый оттенок, до того противный, что хотелось крепко зажмуриться, лишь бы только не смотреть на это безобразие. Гадкий цвет, по всей видимости, являл собой аналог дихлофоса среди красок. По крайней мере, отравлял зрение он ничуть не хуже, чем его собрат из мира запахов — обоняние. Вероятно, сам носитель визуальной отравы и не подозревал, что творится у него на голове.

Люси молча поднялась на ноги, развернула парня спиной к себе и, все так же не раскрывая рта, принялась толкать его по направлению к туалетному столику. Парочка остановилась перед большим зеркалом. Стоявшая позади девушка на всякий случай придерживала юношу за плечи, беспокоясь, как бы он не сошел с ума, узрев свой новый эксцентричный образ. Нацу, однако, после первых нескольких секунд безмолвного потрясения, в течение которых он, остолбенело разинув рот, пялился на свое отражение, не оправдал ожиданий Люси насчет помешательства. Вместо этого, парень пришел в грандиозный восторг — такого масштаба, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Понаблюдав за самозабвенно прилипшим к зеркалу огненным магом, которой только и знал, что, высунув язык, жать на заветную кнопку, блондинка все же сочла его буйно помешанным: цвет когда-то розовых волос изменялся почти непрерывно, как мелькают одно за другим разноцветные стеклышки в калейдоскопе.

Заклинательница тихо удалилась, оставляя спятившего экспериментатора наедине с его безумием.

- А-ха-ха! Я похож на Эрзу! - ликовал драгонслеер, пикообразные лохмы которого полыхали цветом алого заката. - О! А теперь на Лаки! - расхохотался во все горло он.

Сам себе парикмахер, убийца драконов радовался каждому новому оттенку, будто сочному окороку в золотисто-поджаристой корочке. Удивительно даже, что Люси вознамерилась поначалу перетерпеть этот шум и гам, созданный всего лишь одним человеком. Нет, совершенно зря она надеялась написать что-то путное при таком ударном звуковом сопровождении.

- Тихо! - рявкнула заклинательница духов, обратив сумрачно-грозовой взгляд на гогочущего огненного мага.

Тот вздрогнул, почувствовав исходившую от подруги волну неудовольствия. Громкость парень чуток сбавил, однако играть с магической диковиной не перестал. Минутная стрелка настенных часов преодолела почти половину циферблата прежде, чем игра, наконец, наскучила юноше. Последние несколько минут аппарат уже не радовал Нацу экзотическими цветами, подсовывая все больше нейтральные оттенки, типа шатеновых, между которыми и лавировал. Драгонслеер счел такие краски чересчур блеклыми для себя, а потому — неинтересными. Немудрено, что вскоре ему захотелось возвратить волосам исконный окрас. С вопросом «Куда надо нажать, чтобы вернуть обратно?» он и притащился к письменному столу вовсю строчащей волшебницы.

Люси в очередной раз пришлось отвлечься. Но что это? Кажется, ей было уготовано новое потрясение! Нацу вдруг сделался... вполне себе нормальным! Весь фокус заключался в средне-русом цвете волос, которым ныне обзавелся убийца драконов. Когда он держал рот на замке, характерно увеличенные клыки не были заметны глазу. И если бы теперь снять с парня его шарф да не принимать во внимание сохранившие родной розовый цвет брови, Нацу можно было бы принять за обычного, среднестатистического юношу, только очень уж лохматого. Заинтересованно разглядывая «очеловеченный» облик возлюбленного, девушка отрешенно возвестила:

- Это демонстрационная версия, функция отмены отсутствует...

Видел бы кто выражение холодного ужаса, вмиг исказившего лицо драгонслеера! Приговор сильно подкосил его. Казалось, у бедняги теперь только три возможных пути: лихорадка с переходом в белую горячку, спасительный обморок или нервная истерика.

- Чем тебе не нравится этот цвет? - поинтересовалась заклинательница духов так спокойно, что ее тон показался абсолютно диким и более того — даже обидным — агонизирующему юноше. Как это, чем! Как это!!!

- Он мне не идет! - убито простонал Великий и Ужасный Саламандр, вцепившись в понуро свисающие патлы. О, как же он скорбел по их прежнему бодрому цвету!

Люси больше в удивлении, чем в сочувствии уставилась на друга. Она уже не первый раз подмечала: похоже, у убийцы драконов имелись какие-то внутренние представления о том, каким должен быть его внешний вид. Видимо, средне-русый цвет волос в эти представления не укладывался. К переменам Нацу, как правило, относился настороженно. Это не касалось изменений временных, подобных этой игре с перекрашиванием: он ведь держал в уме, что при желании все можно откатить назад. Но если речь заходила об изменениях конечных, необратимых, таких, как, например, новое здание гильдии или новый цвет волос, который сохранится на всю жизнь, тут его отношение резко менялось на негативное. Он не мог адаптироваться к новому порядку вещей немедленно, требовалось время, чтобы привыкнуть и принять. К тому же, если брать конкретно его волосы, то тут огненному магу было особенно нелегко смириться: розовый был их натуральным цветом от рождения, сама природа сделала их таковыми, и ни один другой цвет, по стойкому убеждению Нацу, никогда не будет смотреться на нем так же хорошо, как этот. Просто потому, что природой для него был предусмотрен именно розовый, и точка! В момент наибольшего уныния голос Люси, точно луч света, ниспосланный высшим божеством, дабы разогнать темные тучи, сгустившиеся над драгонслеером, даровал ему помилование, отпустив все грехи.

- Краска сойдет сама через два часа, - молвила заклинательница.

Убийца драконов воскрес. Два часа! Конечно, это лучше, чем вечность, но все равно долго. Особенно для того, кто вынужден провести их с этим, никуда не годным, средне-русым цветом волос. Палец юноши уже потянулся к кнопке, чтобы сменить текущую окраску на какую-нибудь другую, менее удручающую, однако девушка, словно разгадав его намерения, уточнила:

- Два часа с момента последнего перекрашивания.

Огненный маг спешно отдернул палец. Бурча себе под нос что-то нелестное в адрес дурацких демоверсий с урезанным функционалом, юноша, под конец, ретировался в любимое кресло. Там он, с видом оскорбленной невинности, просидел минут пять, после чего любопытство взяло верх, и Нацу вновь обратил ищущий взор к коробке. Спустя миг, он был уже на ногах возле стола, на котором возвышался ящик, и увлеченно шарил в нем рукой, пока не нащупал на дне нечто, похожее на палку. Вытянув улов из глубин короба, драгонслеер убедился: это и была самая обыкновенная палка.

Простая деревяшка без всяких кнопок, длиной в два еще не сточенных карандаша, толщиной — в три на одном конце и в один на другом. Люси, право, не стала бы хранить у себя бестолковую палку, от которой нет никакого проку. Так рассуждал сам с собой убийца драконов, осматривая со всех сторон находку. Для верности он понюхал ее и даже осторожно попробовал на зуб. Не сумев доступными ему методами определить ее назначение, Нацу, наконец, прибег к стандартному источнику знаний.

- Люси, что это такое?

Боже, да прекратит он когда-нибудь отвлекать ее или нет! Что она — в справочном бюро работает? Девушка кинула на предмет в руках драгонслеера беглый взгляд и выдала подчеркнуто краткую информацию:

- Это волшебная палочка.

Как, и все? Ни что она делает, ни как включается! Скупые сведения, однако, только подогрели любопытство юноши. Если «волшебная», значит должна быть какая-то магия. Может, боевая? Парень выставил палочку перед собой, воображая, что это кинжал. Выпад — он попытался сымитировать приемы Эрзы, всеми признанного мастера фехтования. В этот миг свершилось чудо. Вдруг один из задвинутых под стол стульев, на который как раз указывал воображаемый кинжал, взмыл в воздух. Улетел он, правда, недалеко: претенциозному летательному аппарату помешала столешница. Врезавшись сиденьем в ее изнаночную сторону, стул надсадно загромыхал и без проволочек пустился в обратный путь, чтобы в финальной точке траектории от души бабахнуть об пол. После оглушительного грохота установившаяся в комнате вакуумная тишина казалась особенно зловещей. В спину юному экспериментатору вонзился убийственный взгляд, твердый, точно алмазное сверло, воткнутое между лопаток. Нацу рефлекторно втянул голову в плечи, буйная шевелюра ощетинилась, подражая выпустившему иглы дикобразу.

- Положи на место и больше не трогай! - прогремел суровый голос.

Обливающийся потом юноша в приступе секундного малодушия вернул палочку в ларец. И только, когда взгляд подруги, наконец, перестал угрожать его жизни, драгонслеер воровато оглянулся и по-быстрому завладел обретенным сокровищем: расставаться с ним так скоро парень не планировал.

Вот это магия! Убийца драконов был совершенно очарован. Волшебная палочка с легкостью перемещала по воздуху самые разнообразные предметы. Взять, к примеру, вот ту вазочку на комоде... Огненный маг прицелился. По его велению одна печенюшка бесшумно выпорхнула из вазы и поплыла по воздуху прямо в гостеприимно распахнутую пасть. Ха! Можно представить, будто рот — это гавань, печенье — корабль... как только судно причалило, юноша его схрумкал.

Вскоре он так хорошо наловчился орудовать волшебной палочкой, что решился на самую рискованную операцию. Посмотрим, чем там занята Люси...

Заклинательница духов в поте лица перелагала на бумагу плоды урожайной фантазии. Немного правее чернильницы, в которую она время от времени макала перо, стоял декоративный стаканчик с запасными перьями. То, что надо!

Огненный маг проказливо ухмыльнулся. И вот его орудие наставлено на мишень! Мановение волшебной палочки — и одно из перьев покинуло стакан. Паря в воздухе, оно сделало крюк, огибая поглощенную работой блондинку, и тихо пристроилось у ее затылка. Нацу медленно выдохнул. Еще самую малость...

Дальше потребовалось почти ювелирное мастерство. Перо чуть снизилось: юноша постарался разместить его по центру. Наконец, мягкий распушенный кончик прижался к шее девушки и заискивающе нежно заскользил по коже. Рука писательницы дрогнула, на бумажный лист села большая чернильная клякса. Люси громко взвизгнула и подпрыгнула на стуле, в панике отбрасывая свое орудие.

Сначала волшебнице показалось, что по ней ползет какое-то мохнатое насекомое. Она замахнулась и хлопнула себя по шее, надеясь прибить неведомую тварь. Но в тот же миг убийца драконов совершил ловкий маневр: его перо благополучно избежало карающей длани. Так и не поймав никакой ползучей гадости, заклинательница в смешанных чувствах обернулась к своему гостю. Блуждающая по его лицу ухмылка моментально сказала девушке все. Вот чьи неординарные забавы едва не довели ее до седых волос!

Пока Люси ожесточенно формулировала многочисленные претензии, Нацу сделал ход первым, не дожидаясь, когда разразится гроза. Он навел палочку на подругу. Нечто размыто-белое возникло перед лицом девушки, и она вынужденно скосила глаза к переносице, фокусируя их на расплывающемся предмете. Перо одарило ее нос воздушным, как слабое дуновение ветерка, прикосновением, и уже более настойчиво пощекотало губы, мимолетно чиркнуло по подбородку и устремилось вниз по шее, сопровождаемое горящим взглядом убийцы драконов.

Приглушенное восклицание сорвалось с затрепетавших губ вспыхнувшей, точно спичка, блондинки. Тонкие пушистые волоски истязали каждый миллиметр гладкой кожи, пока орудие чувственной пытки сползало ниже и ниже — в глубокий вырез топа, по ложбинке между двумя изобильными грудями... там его и настигла, наконец, припозднившаяся девичья ладонь. Ярко-малиновая заклинательница схватила проворное перо, побившее все рекорды наглости, и выбросила его на пол.

Неординарные забавы? Нет, все гораздо хуже! Это уже не просто игра, это игра с элементами эротики! Что, между прочим, можно приравнять к домогательству! Нацу и прежде не упускал возможности пошутить над Люси, однако теперь, по наблюдениям самой жертвы его шалостей, шутки убийцы драконов стали все чаще приобретать ярко-выраженный сексуальный характер, как будто он пытался ее совратить. Осознанно или неосознанно — это уже другой вопрос...

- Эй! Почему оно не летит?! - огненный маг с возрастающим нетерпением размахивал волшебной палочкой, но подбитое блондинкой перо, как раненый истребитель, которому не суждено больше взмыть в небо, без движения лежало на полу.

Заклинательница духов, увидев, что ее мучителю не удается разбудить орудие пытки, не удержалась от торжествующей ухмылки.

- Лакрима разрядилась, - не без удовольствия просветила драгонслеера она.

Нацу страшно огорчился. Ну вот, а такая классная магия была! И главное, он ведь только вошел во вкус! Как же теперь игра с перьями? На самом интересном месте! А Люси так здорово сказала «ох», когда он пощекотал ее шею... Убийца драконов столь сильно разочаровался, что даже не стал вступать ни в какие дискуссии с подругой. Парень просто развернулся и потопал обратно к чудесному ящику, внутренне надеясь, что следующий магический гаджет окажется еще лучше волшебной палочки и позволит ему учинить не менее интересную проказу.

Наконец, наступила благодатная тишина. Люси получила минуту покоя. Никто не лез к ней с вопросами, не отирался у стола, не устраивал испытаний нервам. Нацу что-то притих и, будь блондинка мамашей со стажем, наверняка, заподозрила бы неладное: когда ребенка долго не слышно, это с большой долей вероятности указывает на то, что он затевает какую-нибудь пакость. Но заклинательница духов лишь порадовалась тишине и с головой ушла в свой рассказ.

- Мелкая Люси.

Девушка усердно писала.

- Мелкая Люси на качелях.

Перо поскрипывало, старательно выводя историю жизни выдуманных персонажей.

- Мелкая Люси в песочнице.

Строки вились, точно нить, выпряденная из сумбурных образов воображения.

- Мелкая Люси на горке.

Юная писательница, наконец, подняла голову, прислушиваясь. Лохматая макушка выглядывала из-за спинки кресла. С удобством развалившийся в нем драгонслеер вот уже несколько минут декламировал странные сентенции.

- Мелкая Люси дует на свечи!

Девушка поднялась из-за стола. Она уже догадывалась, в чем дело. Подойдя к логову убийцы драконов, Люси застала юношу за перелистыванием ее старого фотоальбома. Надо же, оказывается, он лежал в этом ящике вместе со всяким ненужным хламом. Давненько она не видела этих фотографий. Вот, например, та, про которую только что говорил Нацу...

- Это мой четвертый День рождения, - пояснила девушка, присаживаясь на подлокотник кресла. На фото румяная толстощекая малышка с двумя жиденькими хвостиками, украшенными большими праздничными бантами, готовилась задуть свечки на торте.

- А это моя няня, - улыбнулась заклинательница, разглядывая соседнюю фотографию, с которой приветливо улыбалась пухленькая женщина в белом чепчике с оборкой.

Огненный маг с понятливым «угум» перелистнул страницу.

- Няня учит меня плавать.

Драгонслеер изумленно вытаращился на картинку. Надо сказать, что удивился он вовсе не полуголой Люси, плескавшейся в прозрачной водичке крытого бассейна поместья Хартифилия, а заботливо страхующей ребенка женщине — сухопарой барышне атлетического телосложения.

- Няня? - удивленно переспросил Нацу. Как так? Это же абсолютно другой человек! А что же стало с той няней, которая была на предыдущей странице?

Люси, заметив его замешательство, тихонько хихикнула.

- У меня была не одна няня, - помогла драгонслееру она. - Погоди-ка... - блондинка перелистнула несколько страниц вперед и нашла то, что искала.

- Вот они все вместе, мои няни, - объявила девушка.

Огненный маг уставился на общее фото семи женщин, облаченных в одинаковые костюмы и чепчики. На этом их сходство заканчивалось. Отличались няни одна от другой весьма разительно. Одного только не мог понять потрясенный убийца драконов: зачем так много? Неужели одна няня не справилась бы с одной Люси?!

На следующем фото малышка неожиданно предстала зареванной: красный сопливый нос, мокрые дорожки от слез на щеках, заплаканные глаза. Нацу вопросительно взглянул на блондинку. Он не сомневался, что слезы эти не были слезами каприза или обиды — по таким пустякам Люси не стала бы плакать! Наверняка за ними стояла какая-то важная причина...

- Я гуляла в саду, - начала рассказ девушка. - Собака стащила мою любимую куклу. Я попыталась отобрать ее, но собака не отпускала. Мы тянули бедняжку каждый на себя, пока я, наконец, не выиграла, но платье куклы порвалось...

Люси умолчала о том, как ей было тогда страшно, о том, что собака зло рычала на нее и скалила зубы, о том, что плакала она вовсе не из страха и даже не из-за разорванного платья, а из-за того, что считала себя виноватой в случившемся. Она сама посадила куклу под куст в тот день и стала играть, будто под этим кустом та живет, а она, Люси, идет в гости к своей подружке. Как раз в этот момент из кустов и выбежала собака, сцапавшая ее любимицу...

Как ни странно, огненный маг, даже без опущенных рассказчицей подробностей, проникся драмой маленькой девочки с фотографии и в очередной раз восхитился ей, уже выросшей и сделавшейся его драконихой: его храбрая Люси кинулась спасать подругу от собаки, пусть даже подруга та и была всего лишь куклой!

Новая страница и — новая фотография, а точнее — фотографии. Весь разворот альбома был оклеен стикерами с блондинкой, в возрасте уже не детском, а скорее, отроческом, на пороге юности. Люси на них выглядела почти так же, как сейчас. Улыбающаяся девушка дурачилась, строя веселые рожицы. Ее первые фото из фотокабины... Она помнила тот день до мельчайших подробностей, так ясно, будто все случилось с ней только вчера. Она будет помнить его до самой смерти — день, когда наследница дома Хартфилия впервые сбежала из дома.

За Люси всегда тщательно присматривали. Как заметил Нацу, может быть, даже чересчур тщательно. Еще при жизни матери у девочки имелось семеро нянек, когда же Лейла Хартфилия отошла в мир иной, отец, топящий горе в работе, забаррикадировался от дочери в своем кабинете, вместо себя приставив к ребенку еще больше гувернанток, учителей и служанок. И хотя со всей прислугой в доме у девочки сложились теплые дружеские отношения, полностью заменить маленькой Люси родительскую ласку эти добрые люди не могли. Кроме того, влияние отца всегда ощущалось ею, пусть Люси и была оставлена на попечение прислуги. Хотя Хартфилия-старший не принимал личного участия в воспитании дочери, ее непосредственным воспитателям он давал четкие указания относительно того, как следует ее воспитывать. Подчиненных он всегда держал в кулаке, а после смерти жены крутой нрав его проявился во всю силу. Потому воспитатели Люси старались хозяину не перечить и в точности выполняли все его поручения касательно юной госпожи. Так и вышло, что юная наследница оказалось заложницей в золотой клетке, выстроенной для нее отцом.

Она жила в маленьком мирке, где всем заправляли деньги, связи и лицемерные правила этикета. Впрочем, не все было настолько плохо. Люси получила блестящее образование, несмотря на то, что освоила науки и искусства, показанные к изучению девушке ее положения, у себя на дому. Что-что, а учителей ей подобрали замечательных! Однако, при всей своей учености, юная девица оставалась пленницей собственного отца. За пределы земель, принадлежавших семье Хартфилия, она выезжала, как правило, в экипаже с приставленной к ней прислугой. Первый шаг на пути к свободе — самостоятельное посещение близлежащего городка — она сделала, будучи уже в достаточно зрелом возрасте.

Люси попросту сбежала из дома. Так же, как она сбежала потом, годом позже, но только на один день, а не навсегда. Первым делом юная барышня наведалась в магазин одежды, где на собственные сбережения приобрела себе наряд, увидев ее в котором глава семейства Хартфилия, наверняка, заработал бы себе инфаркт. Люси же, мысленно рисуя себе выражение лица папаши, со смешком облачилась в «неприличное одеяние», которое, впрочем, носили все городские девчонки ее возраста, и отправилась гулять.

В тот же день она посетила магазинчик магических товаров, сфотографировалась на память в фотокабине и попробовала кучу «вредной», по словам их домашней кухарки, пищи. Тогда же Люси купила свой первый номер журнала «Волшебник».

Она сидела на скамейке в парке, ела мороженое и с замирающим от восторга сердцем читала о последних событиях в мире магии: Совет магов готовил новый законопроект, Независимая Ассоциация магов-фотографов проводила конкурс на лучший фоторепортаж с ежегодного Съезда Мастеров гильдий, а в местечке под названием «Тростниковая лощина» некий Саламандр из гильдии Fairy Tail поймал долго скрывавшуюся от властей шайку разбойников.

«Пять гражданских домов полностью уничтожены, восстановлению не подлежат. Два строения серьезно повреждены (в том числе здание сельсовета), семь хозяйственных построек — повреждения средней степени тяжести».

Дочитавшая сводку новостей девушка, выкатила карие глаза. Мороженое давно растаяло и успело вытечь из вафельного рожка прямо на новую юбку. Блондинка думала совсем о другом: да что же за человек этот Саламандр?! Пять и два — семь, плюс еще семь, в сумме — четырнадцать, - подсчитала в уме она. Четырнадцать домов! Впечатлительная барышня вообразила себе болканоподобного монстра. Силач величиною с дом и никак не меньше, - постановила она. Так состоялось заочное знакомство Люси Хартфилии с Саламандром из Хвоста Феи.

Заклинательница духов тихонько хихикнула. Да уж, хорошее у нее воображение — грех жаловаться! Но кто бы мог подумать, что однажды она будет сидеть рядышком с этим «силачом величиною с дом» и вспоминать свое первое впечатление о нем, составленное по статье в журнале. Услышав ее тихий смех, юноша тут же обратил к блондинке любопытствующий взгляд.

- Год x782, седьмое августа, - приняв строгий вид, проговорила волшебница. - На задании в Тростниковой Лощине ты разрушил до основания пять гражданских домов, нанес тяжелый урон двум зданиям и испортил семь хозяйственных построек.

Ошалелые глаза-блюдца ничего непонимающего драгонслеера уставились на заклинательницу. Если бы не «год x782», Нацу бы решил, что Люси отчитывает его за какое-нибудь из недавних похождений.

- Я прочитала об этом в номере «Волшебника» от двенадцатого августа x782-го года, - сообщила девушка.

Парень тут же просек, что к чему, и заскрежетал зубами.

- Грррр!!!! - возмущению его не было предела. - Обо мне вечно пишут одни гадости!

- Вообще-то, нет, - спокойно возразила ему подруга. - Там писали, что ты поймал давно разыскиваемую шайку разбойников.

Огненный маг нахмурил лоб: ну-ка, как ее там? Тростниковая Лощина? Наверное, будь на его месте кто-то другой, ни за что не вспомнил бы. Состоящие в гильдии маги выполняют задания в больших количествах. У некоторых счет идет на сотни: где уж тут упомнить, что и когда произошло! Однако Нацу, благодаря наличию у него дома «памятной стены», куда в обязательном порядке крепились по возвращении с миссий листки с заказами, действительно, мог извлечь из глубин памяти детали задания, на которое ходил несколько лет назад.

- Братство Ко! - радостно вскричал он.

Люси вздрогнула.

- Братство Ко? - повторила за ним она.

- Так они назывались, - охотно пояснил убийца драконов, - эти разбойники.

Но девушка и без того знала: для Люси Хартфилии «Братство Ко» - не пустой звук.


Год x782, июль 31.

Юная наследница семьи Хартфилия сидела у себя в будуаре. Комфортно расположившись в изящном кресле с выгнутыми деревянными ручками, молодая леди наслаждалась стихами великих придворных поэтов-классиков, о чем заявляла напыщенная обложка ее книги, выполненная в духе импрессионизма чуть ли не рукой одного из этих самых поэтов, по совместительству подрабатывавшего и художником. На самом же деле Люси с жадностью следила за событиями остросюжетного приключенческого романа. Подобного рода чтиво армией ее наставников не приветствовалось, посему находчивая девица замаскировала его под сборник поэзии. Тем временем, в романе приближалась кульминация. Леди Хартфилия напряженно кусала губы, жадно вчитываясь в каждую буковку. И на самом интересном моменте... дверь в будуар резко распахнулась.

- Юная госпожа! Горе-то какое!

Влетевшая в комнату женщина бросилась к ногам наследницы и громко зарыдала.

- Спет-сан! - не на шутку перепугалась девушка. - Что случилось? - Люси подняла круглое лицо гувернантки со своих колен и, обняв ладонями ее мокрые щеки, с неясной тревогой вгляделась в блестящие от слез глаза.

- Вас хотят похитить!

Бизнес — дело темное. Всем известная истина: большие деньги невозможно нажить абсолютно честным путем. «А как же лотереи?» - спросите вы. «А где вы видели честные лотереи?» - скажу вам я. Хотя даже, если бы Джудо Хартфилия выиграл свое состояние, купив лотерейный билет, это бы все равно не помогло ему сохранить эти деньги в будущем. Потому что там, где богатство, обязательно расцветают интриги и преступность. Крупные воротилы зачастую вынуждены иметь связи с преступным миром — иначе как еще уберечь свои накопления от других, точно таких же, воротил, якшающихся с криминальными элементами, предпочитающими не высовываться из тени.

Отец Люси некоторое время вел дела с некой разбойничьей группировкой под названием «Братство Ко». Главарь этой организации, самонареченный Мастер Ко, подобно многим людям его окружения, был человеком алчным и, уж конечно, не всегда чистым на руку. Последнее обстоятельство немало раздражало его деловых партнеров, в числе которых привелось быть и главе дома Хартфилия. В конце концов, по какому-то поводу у Джудо с Мастером Ко вышла размолвка. Отец Люси решил разорвать эти отношения, однако «Братство Ко» принялось стращать его угрозами, всеми правдами и неправдами пытаясь сохранить контракт. Джудо Хартфилия, в свою очередь, пошел на принцип, наотрез отказавшись сотрудничать с бывшим партнером, и тогда Мастер Ко решился на отчаянный шаг — попросил у экс-товарища руки его единственной дочери. Брак должен был упрочить дружеские узы двух мужчин и, конечно, вернуть «Братству Ко» потерянный контракт. Глава дома Хартфилия посчитал эту попытку откровенной насмешкой. Во-первых, ни о какой дружбе с Мастером Ко не могло быть и речи, во-вторых, единственной дочерью он раскидываться не собирался: брак Люси должен был приумножить богатства семьи, а не запятнать репутацию дома Хартфилия.

Таким образом, за нелепым предложением последовал немедленный жесткий отказ, который страшно оскорбил и разозлил лидера «Братства Ко». На следующий же день Джудо поставили ультиматум: либо он перезаключает контракт, либо — наследница будет похищена. Хартфилия ответил высокомерным молчанием. С контрактом было покончено раз и навсегда.

В связи с угрозой похищения, к Люси приставили телохранителей. И ладно бы отец нанял защищать ее кого-нибудь из магов, на что девушка втайне надеялась, так нет же! Теперь блондинку повсюду сопровождали здоровенные бугаи, разбиравшиеся в магии, как свинья в апельсинах. Представьте себе, они даже караулили ее у входа в уборную! У дверей спальни установили круглосуточный пост. И вообще, единственную дочь Хартфилия держали под неусыпным надзором. Она и шагу не могла ступить без следующих за ней тенью (здоровенной такой тенью) вездесущих охранников. И если раньше, начитавшись приключенческих романов, девушка любила помечтать о том, как однажды выйдет из этого осточертевшего ей дома и, подобно поразившим ее воображение героям, отправится на поиски приключений, то теперь Люси решила окончательно — она сбежит! Из этой тюрьмы, где ее держат узницей со дня смерти матери, надо удирать!

Спустя примерно неделю после появления в жизни Люси личной охраны, до особняка дошел слух: «Братство Ко» уничтожено. Версии произошедшего расходились: кто-то говорил о стычке с другой преступной группировкой, кто-то под страшным секретом сообщал о вмешательстве аж королевских агентов, кто-то утверждал, что ответственность за уничтожение взяла на себя одна из гильдий волшебников, дескать разбойники свили себе гнездо в некой деревеньке, а недовольные их присутствием местные жители взяли да и отправили заказ магам выдворить шайку восвояси. Но как бы там ни было, а итог один: «Братство Ко» прекратило существование.

Джудо Хартфилия подтвердил достоверность информации по своим каналам, и в тот же день охрана Люси бесследно испарилась. Несмотря на радость по этому поводу, о своем решении сбежать юная наследница не забыла и примерно через неделю предприняла первую самостоятельную вылазку в город, о которой уже было рассказано выше.

И вот в настоящий момент Люси Хартфилия... нет, теперь уже просто Люси из Fairy Tail с непередаваемым чувством смотрела на своего нежданно обретенного избавителя. Воистину жизнь — занятная штука. У Нацу неоспоримый талант — оказываться в нужное время в нужном месте. Он приходит ей на помощь, сам того не сознавая. Как будто кто-то подталкивает его, направляя, как будто сама Судьба гонит убийцу драконов к ней, когда заклинательнице духов требуется помощь. Когда их пути пересеклись в первый раз? В день, когда они повстречались в Харгеоне? В день, когда она прочитала о нем в «Волшебнике»? В день, когда он случайно разгромил собиравшуюся похитить ее банду? Или, может, еще раньше? Кто знает... Жизнь — занятная штука, Судьба — еще занятнее, особенно их с Нацу Судьба.

Поскольку, после экскурса в прошлое блондинка слишком долго молчала, изучая лицо юноши странным, не поддающимся расшифровке взглядом, убийца драконов, в свою очередь, воззрился на нее с не меньшим вниманием. Под этим исключительным напором девушка вынуждена была сдать позиции, раскрывая кое-какие факты биографии.

- Меня чуть было не выдали замуж за главаря «Братства Ко», - вымолвила она.

- О, тебе повезло, Люси, что не выдали! - сейчас же поздравил ее парень. - Он был жуткий урод! - по-разбойничьи ухмыльнулся драгонслеер.

Заклинательница улыбнулась следом за ним. И правда — повезло! Хотя, будь тот Мастер Ко смазливым красавцем, она бы все равно не жалела. Почему, вы спросите? Да вот она, ее лохматая причина! Сидит рядом и улыбается ей хулиганской улыбкой со слегка выступающими из ровного ряда зубов клыками.

Еще одна страница перевернута.

И вдруг — точно тучка налетела на солнце — на миг карие глаза подернулись мглистою дымкой. Но вот Люси улыбнулась, немного неуверенно, как будто чуть-чуть потерявшись, и вполголоса проговорила:

- Моя мама.

С фотокарточки на листающую альбом пару с доброй улыбкой смотрела Лейла Хартфилия.

Прошло много лет, но воспоминания о матери так и остались для заклинательницы духов драгоценным сокровищем. В дальнем уголке сердца она бережно хранила их, время от времени воскрешая в памяти. В ее комнате по стенам в большом количестве висели фотографии, но среди них не было ни одной, изображавшей рано оставившую ее мать. То же самое относилось и к тем фото, что стояли на комоде, в книжном шкафу и на письменном столе. Конечно, сами фотокарточки у Люси имелись, но ни одну из них она так и не выставила на общее обозрение. Она хранила фото матери бережно, как и свои воспоминания о ней, но избегала делиться ими с кем бы то ни было. Точно так же девушка обходилась и с письмами, что регулярно писала на имя Лейлы. Все это она прятала подальше от глаз многочисленных посетителей, табунами проходивших по ее жилищу. Так девушка охраняла самое сокровенное. Все, что связано с мамой, Люси монополизировала, может быть, слегка эгоистично приберегая для себя.

Вот так и получилось, что Нацу видел ее мать в первый раз. Признаться, девушке не терпелось узнать его впечатления. Немного боязно, но вместе с тем и любопытно: будто две ее жизни — старая и новая — столкнулись, и блондинка с волнением ждала, что же из этого выйдет. Сердце постукивало в легком возбуждении. Люси, трепеща, точно перед оглашением приговора присяжных, посматривала на огненного мага.

Внезапно юноша дернулся и издал громкий вопль — заклинательница едва не слетела с подлокотника. Убийца драконов в охватившем его потрясении повернул лицо к подруге и громогласно воскликнул:

- ПОЧЕМУ ОНА ТАК НА ТЕБЯ ПОХОЖА?!!

Блондинка, ожидавшая все-таки немного другой реакции, поначалу впала в небольшой ступор, однако быстро оклемалась, привычная к подобным сюрпризам.

- Правильно говорить: я на нее похожа, а не она на меня, - назидательно поправила девушка. И, не удержавшись, переспросила:

- Правда, похожа?

- Одно лицо, - твердо кивнул драгонслеер.

Заклинательница порозовела, словно ей сделали лестный комплимент. Мама всегда была ее кумиром, примером того, каким должен быть хороший человек, идеалом, к которому стремилась сама Люси. Она с детства мечтала походить на мать, и, пускай Нацу говорил лишь о внешнем сходстве, ей все равно было приятно это слышать. Глубоко в душе заклинательница надеялась, что с матерью у нее не только «одно лицо», но и сердце. Все-таки, хоть Люси и обрадовалась, как ребенок, нечаянному комплименту, она этого почти не выдала. Только румянец мягко светился на ее щеках, да карие глаза довольно блестели, но внешне девушка не подавала вида, что готова прыгать от счастья.

- В этом нет ничего странного, - сказала она. - Я ее дочь, а все дети похожи на своих родителей.

Огненный маг тотчас же покачал кудлатой головой.

- Я нисколечко не похож не Игнила, - возразил ей он.

Люси внутренне содрогнулась. Ох, какая же она дурища! Девушка немедленно пожалела о сказанном, всем сердцем желая, чтобы эти слова никогда не слетали с ее губ. Как можно быть такой бестактной, толстокожей бегемотихой! Нацу ей приятное сделал, а она его обидела. Так-то она благодарит за комплименты! Конечно, Игнил — особый случай, но это ее не извиняет. Она должна была об этом подумать.

Заклинательница расстроилась, пожалуй, гораздо сильнее самого драгонслеера, который, вопреки опасениям подруги, вообще не выглядел обиженным. Ее неосмотрительная реплика его совсем не ранила. И, тем не менее, по мнению Люси, ей нужно было срочно исправляться. Кто сказал, что внешнее сходство — это все? В случае Нацу речь идет скорее о чертах характера, каких-то других проявлениях личности: Люси, положив руку на сердце, могла сказать, что среди всех ее знакомых огненный маг — самый-пресамый «драконистый» товарищ. Об этом она и решила ему поведать.

- А, по-моему, ты очень даже походишь на Игнила, - с улыбкой проговорила блондинка. - Настоящий дракон! - в искупление своей вины она сознательно польстила его самолюбию, однако столь тонкий психологический ход оказался за пределами понимания юноши.

- Ты просто драконов не видела, Люси, - простодушно заявил он. - Я ни капли на них не похож. Вот, когда я познакомлю тебя с Игнилом, ты поймешь...

- А ты познакомишь меня с Игнилом? - прервала его удивленная Люси.

Драгонслеер уверенно кивнул.

- Познакомлю, когда найду его. Должен же я показать ему мою дракониху!

Девушка снова покраснела. Кстати говоря, она об этом не задумывалась, но, что, если Нацу, и правда, найдет родителя? Как примет ее Игнил в качестве невесты воспитанника? Ох, если обычные девушки волнуются перед знакомством с семьей жениха, то, представьте себе, каково будет Люси! Это ведь не просто «знакомство с родителями», это встреча с настоящим драконом! Что надеть? Как себя вести? О чем говорить? Как, наконец, оставить о себе хорошее впечатление?

А пока девушка предавалась преждевременной панике, с юношей, похоже, сделалось нехорошо. Нацу странно подрагивал, обильно выделял пот и в забытье кусал губу.

- Нацу? - заметила неладное блондинка.

Огненный маг вздрогнул, обратил к ней покрытое испариной лицо и произнес:

- Он будет надо мной смеяться.

- Кто? - не поняла она.

- Игнил.

В течение возникшей паузы Люси старалась уразуметь, как же это так — Игнил будет над ним смеяться. В ее представлении воспитатель Нацу не был ...личностью, склонной насмехаться над другими. Тем более без повода...

- Почему он будет смеяться? - спросила девушка.

Убийца драконов сник.

- Я... - с кислым выражением начал он, - не хотел слушать его. Я сказал, - прерывисто вздохнул драгонслеер, - что мне не надо драконихи.

Люси смотрела на него в немом изумлении, будто не могла поверить, что он когда-то произнес эти слова, будто не верила, что кто-то вообще может сказать такое.

Нацу, почувствовав ее взгляд, насупился. Как и любому нормальному человеку, признавать свои ошибки ему не нравилось. Огненный маг прекрасно знал, что его заявление было глупым. И Игнил, будь он сейчас рядом, наверняка напомнил бы своему подопечному о том, как однажды тот кричал, что прекрасно обойдется без драконихи. Родителям кажется это забавным: смущать своих уже повзрослевших детей рассказами о смешных казусах, приключившихся с ними в нежном возрасте. К примеру, они любят вспоминать, как их трехлетний сын заснул однажды на горшке и свалился с него, не доделав «дело». И Нацу вдруг отчетливо представил себе эту картину: Игнила, рассказывающего Люси о чем-то подобном. Похоже, «знакомство с родителями» станет испытанием и для него.

Что же касается драконих, тут он пытался оправдаться малолетством: какой ребенок будет думать о таких вещах? Конечно же, он просто не понимал тогда, о чем толкует отец, в силу неокрепшего еще ума, потому и болтал чушь. Да — и он же не мог предвидеть, что в будущем у него появится Люси!

- Как ты мог такое сказать?! - пожурила его девушка.

- Я был мелким! - раздосадованно буркнул Нацу.

Заклинательница задумчиво приложила к губам палец.

- В семь лет я мечтала выйти замуж за принца, - внезапно сообщила она.

Неожиданное откровение камня на камне не оставило от оправдательной теории драгонслеера. Вот и Лисана тоже с детства о женихах мечтала! Что же это, - побледнел юноша, - он один такой недоразвитый, что большую часть своей жизни о драконихах не помышлял?! Так все-таки дело не в возрасте, а в каких-то личных особенностях... Внезапно поток размышлений пресекла сторонняя мысль.

Огненный маг, широко раскрыв глаза, уставился на блондинку. Как она сказала?

- Какого принца? - он удивленно разинул рот.

Заклинательница духов едва заметно смутилась.

- Не знаю, - пожала плечами она. - Какого-нибудь. Знаешь, как в сказках бывает? Принцесса встречает прекрасного Принца. Он побеждает стерегущее ее чудовище. Они женятся и живут долго и счастливо...

- Я не принц, - заявил вдруг Нацу, пристально вперившись в ее лицо.

Щеки заклинательницы налились теплым румянцем.

- Я знаю, - тихо ответила она, отводя взгляд. Люси уставилась на свою руку. Тонкие пальцы дрогнули, медленно сжались и разжались.

- Ты лучше! - еле слышно прошептала девушка.

В следующий миг заклинательница громко ойкнула: комната совершила кувырок. Еще секунду назад блондинка сидела на подлокотнике, и вот — лежит поперек кресла, на коленях огненного мага, который сам же ее и опрокинул. Люси не успела ни смутиться, ни испугаться только сильно удивилась внезапной смене ракурса: теперь убийца драконов смотрел на нее сверху.

Это верно, что он лучше принца, - думал тем временем Нацу, разглядывая мягко рдеющее лицо блондинки. Кто из этих принцев смог бы полюбить Люси так, как он?! Понадобилось бы сразу десять... нет, сразу сто принцев, чтобы сравниться с его чувством. А бледной любви Люси не надо, ей нужна яркая и горячая — такая, как у него. Драгонслеер, не спеша, обвел взглядом любимые черты.

Эх, если б только еще Люси не препятствовала выражению его чувств! Он прислушался к ее запаху: нет, опять не то. Нацу не чувствовал той особенной примеси в нем, сигнализирующей, что можно попытаться... Драконий поцелуй был необходим ему, но у Люси отсутствовало подходящее настроение. Устав ждать, юноша попытался было вызвать его сам. Он пригласил свою дракониху на медитацию, памятуя, что эта практика хорошо зарекомендовала себя в прошлый раз. Правда, за неимением поблизости настоящего водопада, юноша предложил медитировать в душе... Ух, и вопила же тогда блондинка!

Короче говоря, сама по себе Люси нужный настрой не принимала и помочь ей с этим Нацу тоже не давала. В итоге они так и застряли в каком-то промежуточном, по мнению драгонслеера, положении, так и не скрепив их пару драконьим поцелуем.

А заклинательница духов все гадала, чем же закончится эта ситуация. Насколько она могла судить по лицу огненного мага, он о чем-то думал. Блондинка не вмешивалась, хотя отчасти ее и терзало любопытно: какие баталии происходят у него в голове?

Парень вдруг моргнул, будто ставя точку в своих размышлениях, и задал девушке вопрос, к которому она оказалась совершенно не готова.

- А давай мы и тебя перекрасим, Люси?

Волшебница ожидала всего чего угодно, но только не этого. Она даже рассматривала вероятность поцелуя, как не окончательно нулевую... Хуже всего, что Нацу, кажется, был настроен серьезно: откуда-то из глубин кресла он извлек магический аппарат, по вине которого на два часа сам парень утратил натуральный цвет волос. Похоже, юноша решил, что теперь ее очередь.

- Нет! - спохватилась девушка. - Не надо! Меня устраивает мой цвет!

Она попыталась вскочить с его колен, но драгонслеер придержал ее, не давая смыться.

- Нацу! - испугалась блондинка, над которой нависла реальная угроза перестать быть оной. - Убери это от меня, слышишь?

Продолговато-вытянутый прибор ткнулся закругленным концом ей в щеку. Люси замерла, боясь пошевелиться. Эта «машинка для покраски» неспроста имела именно такую форму. Дизайнерское решение позволяло использовать прибор для окрашивания отдельных прядей. Стоило только намотать локон на рабочую часть аппарата и нажать на кнопку, как порция волос обретала необходимый цвет. Конечно, в демоверсии цвета каждый раз менялись, и вышеописанным способом можно было в лучшем случае соорудить на голове некое подобие радуги, в худшем — получить серо-буро-малиновую мешанину. Но в версии без ограничений, позволяющей самостоятельно настраивать используемый цвет, с помощью данной функции, при растущих откуда надо руках, удавалось сотворить шедевр. В заключении надо добавить, что в режиме "по умолчанию", то есть, когда рабочей части прибора не касался ни один волос, производилась полная окраска шевелюры пользователя, нажимавшего на кнопку.

Главная же опасность сейчас для Люси состояла в том, что Нацу, будто разгадав особенности работы аппарата, порывался приложить его к ее волосам. Жертвовать своим золотисто-пшеничным цветом, в пользу случайно выпавшего, пусть и всего на два часа, блондинка не желала. Она попыталась отобрать заключающую в себе угрозу игрушку у парня, но тот высоко поднял ее, словно дразня заклинательницу. Девушка приняла этот вызов. Завязалась непродолжительная борьба, в результате которой Люси все-таки удалось выбить «смертоносное» оружие из рук убийцы драконов и оно по кривой траектории спикировало вниз, совершив посадку в совершенно неожиданном месте — огурцеобразная штукенция воткнулось ровнехонько между бедер заклинательницы. Повинуясь первой естественной реакции организма, девушка немедленно сдвинула ноги, плотно сжимая интересный снаряд. И хотя, конечно, Люси не могла не понимать, что с торчащим у самой промежности продолговатым "нечто" она выглядит более чем непристойно, сердце ее, наперекор разуму, успокоилось: больше бояться нечего — Нацу не посмеет тронуть...

- Кья!!!

К сожалению, девушка переоценила порядочность драгонслеера... Ну, или же недооценила его простосердечие. Нацу не увидел ничего предосудительного в том, чтоб попытаться извлечь застрявший между ног Люси прибор. Он обхватил свободный конец аппарата и потянул вверх.

Как только блондинка почувствовала его руку в опасной зоне, у нее сразу же будто бы отсох язык. Затем стиснутый вокруг несчастного устройства кулак прижался к ее лобку. Люси почувствовала жаркую волну, заливающую лицо краской. Наконец, огненный маг дернул агрегат вверх, и девушка завизжала. Теперь уже проделка с пером казалась заклинательнице детской шалостью. Хорошо еще, что на ней сегодня шорты, а не юбка. Плохо, что они короткие. Ужасно, что из тонкого трикотажа! Блондинка четко ощущала трение — не спасали ни шорты, ни надетые под них трусики. Рабочая часть прибора елозила практически по ее интимному месту! Да прекратите же это! Кто-нибудь!

Вытащить игрушку оказалось не так-то просто: Люси сопротивлялась. Она сдавила ее бедрами, и Нацу пришлось увеличить напор. Он дергал и дергал, потом, увидев, что ничего не выходит, бросил это дело и принялся выкручивать аппарат из захвата заклинательницы, как выкручивают обыкновенно пробку из бутылки. Правда, в отличие от той же бутылки, девушка не стояла, вернее, не лежала бревном, а барахталась, мешая его работе. Но вот Люси вдруг как-то странно, почти что испуганно, вздохнула и прекратила сопротивление. Огненный маг тоже прервался, обращая все свое внимание на притихшую волшебницу.

Заклинательница старалась не дышать. Казалось, стоит сделать лишь один глоток воздуха, и убийца драконов ее раскусит. Она сама не знала толком, что произошло. Вероятно, Нацу этим своим пыточным орудием задел нечто особенное или же просто слишком долго терзал ее — в какой-то момент между бедер поднялась волна томления. Наплыв жарких мурашек заставил девушку резко втянуть в себя воздух. Теперь, под пристальным взглядом драгонслеера, точно стремившегося прочесть ее душу, Люси чувствовала себя, как преступница, которую он вот-вот раскроет. Будто юноша был детективом, у которого в руках не хватало одной ниточки, чтобы сдать блондинку властям. Эта ниточка решала все.

Нацу тоже замер. Но если девушка боялась лишний раз вздохнуть, то парень, напротив, дышал глубоко, с жадностью втягивая в себя как можно больше воздуха, а вместе с ним — больше запаха. Запаха Люси! Чудится ему или нет? Он как будто ощущал ту сладковато-пряную приправу, что искал все это время. Источник определенно находился там же, где и застрявшая игрушка. Если бы Люси не сжимала так сильно бедра, ему было бы намного проще. Убийца драконов принюхивался, как дикий зверь, выслеживающий добычу, разве что только охотился он не за живым существом, а за запахом. Крылья носа хищно вздымались, и даже взгляд сделался цепким, орлиным.

Бог знает, сколько они играли в кошки мышки. Время — величина относительная. Наконец, Люси ощутила, как ладонь, обернутая вокруг прибора, сжимается крепче. Неотрывно глядя ей в глаза, словно экспериментатор, наблюдающий за испытуемым, убийца драконов нарочно повторил то, что прежде делал неосознанно: медленно вверх, практически полностью вытаскивая, и затем — вниз. Заклинательница издала тихий звук, нечто среднее между стоном и мурлыканьем. Сопротивление было сломлено, теперь прибор скользил между ее бедер как по маслу. Тело сдалось, но разум продолжал биться. Именно благодаря рассудку, чудом сохранившемуся в этой непозволительной ситуации, Люси удалось устоять. Подгадав момент, она выхватила проклятую штуковину из руки драгонслеера и выкинула ее ко всем чертям.

Событие побудило убийцу драконов на секунду отвлечься. Слабый проблеск воспоминания о том, что он собирался перекрасить девушку, озарил сознание.

- Эй! Как мы теперь тебя покрасим?! - возмутился он.

- Никак.

Люси не было никакого дела ни до улетевшей куда-то в угол комнаты игрушки, ни до покраски волос. Она только что преодолела страшный кризис, и сейчас ее тело непроизвольно расслабилось, наивно полагая, что без пыточного орудия в руках Нацу никакой опасности ему больше не угрожает.

Отнюдь.

Огненный маг воззрился на развалившуюся у него на коленях девушку. Если б только она видела себя со стороны! Если б только Люси могла посмотреть на себя глазами юноши, она бы сгорела со стыда. Тяжело дышащая, растрепанная, с раскинутыми ногами и бретелькой, сползшей с плеча. Источающая запах, сводящий его с ума.

Не обман чувств! Убийца драконов чуял этот запах — кипятящий кровь, окунающий в озеро лавы, пробуждающий голод.

- Тебя, что, не устраивает мой цвет волос? - совсем не в такт атмосфере, совершенно обыденным тоном осведомилась заклинательница, надувая губы.

Драгонслеер моргнул, восстанавливая трезвость поплывшего было рассудка.

- Устраивает, - с легким опозданием отозвался он.

- Ну так зачем тогда хочешь перекрасить?

И правда — зачем? Нацу так удивился, что уставился на девушку круглыми глазами, будто бы она открыла ему, что Земля вращается вокруг Солнца, а он-то и не знал! Вообще говоря, ему все равно, какого цвета у нее волосы: Люси ведь все равно будет Люси, верно? Так что — синие, зеленые, желтые, красные... Нет, пожалуй, как у Эрзы все-таки не надо, а то вдруг он спросонья их перепутает — так и на тот свет отправиться недолго!

Огненный маг взглянул в обрамленное золотисто-соломенными локонами лицо и ощутил вдруг страстную потребность прикоснуться... И не только к лицу, а вообще — ко всей Люси. Медленно его губы разъехались в предвкушающей ухмылке.

- Раз ты не хочешь краситься, я буду тебя щекотать! - объявил он.

Не успела блондинка и слова сказать, как убийца драконов сдержал обещание: девушка зашлась в приступе смеха.

- Прекрати! - отбивалась она. - Да перестань же ты, Нацу!

Но юноша, прекрасно слыша ее вопли, оставался неумолим.

Боже, он же ее убьет! Она умрет от смеха. Вот умора-то будет... Люси не хотела лежать в гробу с лицом, перекошенным от ставшего причиной ее смерти веселья. Она брыкалась, извивалась и дергалась. Она пыталась скатиться с колен своего палача на пол. Она хотела заехать ему кулаком в живот, но Нацу резко отклонился... а вместе с ним и кресло! Ступни драгонслеера оторвались от пола, на миг кресло застыло, балансируя на двух задних ножках, а потом — опрокинулось на спинку. Шумная парочка вывалилась из него и, проехавшись немного вперед, плашмя распласталась на полу.

Заклинательница духов пришла в себя первой и немедленно использовала это преимущество в военных целях. Девушка подползла к лежащему на спине парню и оседлала его. Час расплаты пробил! Нацу теперь никуда от нее не уйдет, а уж она постарается — защекочет его до слез, заставит молить о пощаде... хм, а, может, вынудит его целую неделю приносить ей завтрак в постель... Пока Люси выбирала между альтернативами — одна заманчивее другой - драгонслеер разлепил глаза. Да, неплохо так он головой тюкнулся!

- Ну, все, Нацу, - зловеще начала заметившая его пробуждение блондинка. - Готовься к...

К чему там нужно готовиться, юноша так и не узнал. Волшебница вдруг запнулась на полуслове, уставилась на него во все глаза, а потом — хрюкнула и расхохоталась. Странно: вроде, он давно уже перестал ее щекотать, а Люси все смеется и смеется.

- Ты... похож... на попугая... - давясь от хохота, простонала прослезившаяся заклинательница. Она взглянула на шевелюру напарника и разразилась новым приступом смеха.

Похоже, два часа подходили к концу: краска начала слезать с волос драгонслеера, но процесс протекал неравномерно: где-то быстрее, а где-то медленнее. На одних прядях цвет еще держался, с других — уже сошел. К тому же, так как на убийце драконов был не один цветной слой, а десятки, промежуточная картина состояла из всех этих оттенков понемногу. Огненный маг напоминал собой радужную сакуру в полном цвету.

Люси согнулась пополам от смеха, упираясь лбом в выглядывающую из-под распахнутой жилетки грудь юноши. А он так и не мог понять, по какому поводу веселье. Бедняге не дано было узреть, что творится у него на голове. Впрочем, немного подивившись «смеху без причины», он, в конце концов, примирился с еще одной странностью его драконихи. Какая разница, почему она смеется! Раз Люси весело, значит — и ему тоже, и убийца драконов, улыбнувшись, широким медвежьим жестом привалил к себе всхлипывающую от смеха девушку. Люси прижалась к его груди, понемногу отходя от приступа. Наконец, она приподняла голову, встречая взгляд серых глаз.

Между их губами десять сантиметров воздуха. Но разве это много, если они оба дышат? Вдох — минус сантиметр, выдох — минус два. Вдох — минус три, минус четыре... Встреча наступает быстрее, когда расстояние сокращается с обоих концов.

Сегодня пламя было ленивым. Люси уже привыкла, что их поцелуи по накалу страстей напоминают костер, что, закрывая в это время глаза, она вместо темноты видит рыжее зарево, что иногда ей кажется, будто вокруг них летают красно-желтые мушки — искорки, выскочившие из очага. Сегодня мушек не было: огонь казался смирным — не дикий костер, а домашнее пламя камина. И заклинательнице это нравилось все больше и больше. Правильно — не все же с ума сходить от страстей, временами нужна нежность и ласка. Хотя Люси, конечно, приукрасила: поцелуй вовсе не походил на воплощение нежности — воздушный зефир в шоколаде. Огонь оставался огнем, просто сегодня он был ручным.

Однако не успела Люси насладиться теплом ее нового камина, как мощной вспышкой вышибло каминную решетку. Пламя ручным не бывает. Она решила, что приручила его? Как бы не так! Это оно, пламя, ее приручило! Словно искры пробежали по позвоночнику - девушка тихо застонала в губы юноши.

Кто бы мог подумать, что мечты могут сбываться сразу в таком количестве! Во-первых, его дракониха, наконец, пришла в настроение — об этом сообщал драгонслееру его нос. Во-вторых, она сама влезла на него и огненному магу оставалось только уложить Люси на себя окончательно, чтобы его тело вновь погрузилось в ту негу, которую юноша испытывал, когда блондинка лежала на нем в день первого свидания. В-третьих, пронырливый убийца драконов явно нашел «кнопку запуска» хорошего настроения партнерши. Именно после нажатия на эту «кнопку» она и раздобрилась. Ну и самое-то главное — время любви пришло: драконий поцелуй!

Люси наощупь отыскала волосы любимого. Ей тоже было абсолютно все равно, какого они цвета. Она просто запустила в них пальцы, лохматя пуще прежнего. Они не мягкие и не жесткие, скорее — упругие, непослушные, свободолюбивые. А еще они так здорово скользят сквозь ее пальцы. И Нацу, похоже, нравится, когда она их ворошит. Люси оторвалась от его губ ровно на секунду, чтобы глотнуть воздуха. Но есть кое-что, что ему очень не нравится — когда она прерывает поцелуй, пусть даже на одну секунду. Девушка услышала, как убийца драконов заворчал. Лишь только губы их вновь соединились, юноша прижал ее крепче.

Его правая ладонь облюбовала себе место на спине заклинательницы. Удивительный участок в районе талии: позвоночник здесь плавно изгибается, а ниже женское тело расширяется. Если переместить туда ладонь, под ней окажутся упругие холмики ягодиц. Но Нацу сделал наоборот: запустил руку под топ и начал путешествие наверх, жадно исследуя нежную, неискушенную кожу. Горячее прикосновение показалось Люси ледяным. Чувства перепутались. Ей казалось, она падает... падает в жерло вулкана, а по спине бегут холодные мурашки ужаса. Внутренний голос забил тревогу. В голове пульсировала одна-единственная мысль: «Что он делает?»

Словно дикая серна, спугнутая прыжком рыси, Люси соскочила с Нацу.

- Мне... мне надо писать! - быстро пробормотала она, глядя куда угодно, только не на юношу.

Убийца драконов, потрясенный почти так же сильно, как она, если не сильнее, не нашел, что сказать. Это сейчас он не может сформулировать ни одного вопроса: огненный маг слишком ошеломлен, а через минуту он захочет спросить ее о многом. Как она может убегать посредине? Почему она вообще убегает? Ведь настроение - правильное! Он же чувствует запах, а его нос не врет! Запахи не врут! И как же она может поворачиваться к нему спиной, и уходить, и садиться за письменный стол, и писать как ни в чем не бывало рассказ, когда он все еще ощущает этот запах, говорящий ему, что Люси в настроении для продолжения... Для продолжения с ним, а вовсе не с Карпом, Карлом или как его там звать!

К сожалению, когда Нацу решит все это у нее спросить, заклинательница будет очень занята и не сможет отвечать на вопросы. Она будет усиленно делать вид, что работает над рассказом, хотя, на самом деле, строчки будут расплываться перед глазами. И она будет вырисовывать непонятные каракули, прокручивая в голове все, что случилось.

Но это произойдет через минуту, а пока Нацу лежал на полу и смотрел как Люси в два шага преодолевает расстояние до рабочего места. Всего два шага, но как покачиваются ее бедра, когда она идет! Неужели она всегда так ходит? Или это потому что он смотрит на нее снизу? Почему у него пересохло во рту и сердце колотится где-то в горле? Ах, и, кажется, снова...

Юноша сел, устремляя взгляд на характерную шишку, вздувшуюся в районе ширинки. Опять эта теснота! Почему всегда этим заканчивается? Что за напасть: то самопроизвольные возгорания, то отвердения частей тела, то все вместе. Ну, по крайней мере, он не спалил Люси квартиру...

Убийца драконов посмотрел в спину склонившейся над столом заклинательницы, потом еще раз — на свое страдающее в тесноте достоинство и, испустив глубокий вздох, рухнул на пол.

Он не понимает драконих. Он не понимает Люси. Зачем избегать того, чего тебе хочется? Как можно не слушать свое тело? Что же еще ему сделать, чтобы заполучить драконий поцелуй?

18 комментариев:

  1. Замечательная глава! Evicathy, люблю вас!))
    Тут все есть: и мелочи мои любимые, и юмор, и горяченькое))
    Посмеялась на моменте, когда Люси осознала, что родитель Нацу не абы кто, а дракон. И первый вопрос! Что надеть? :DD
    Да и с "менялкой цвета волос" вы меня поволновали вначале!)) Я прям зависла на пару секунд на моменте ее описания)))
    Очень приятная глава! Вот такой относительно беспроблемный и относительно спокойный вечер сладкой парочки прошел на ура) Спасибо!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Спасибо за прочтение и отзыв. Да, получился у НаЛю тихий семейный вечерок. =) Думаю, для них "тише" уже некуда. Потому дальше будет "громче"!

      Удалить
  2. Как говориться "О май гарэбелл!!!" ))) потрясная глава как и автор. Желаю вам удачи в этом тяжелом деле писательства )))))

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Спасибо =) Я, хоть и любитель, но буду стараться

      Удалить
  3. потрясающая глава, автор вы гений)))) с не терпением жду продолжения

    ОтветитьУдалить
  4. Говно, раз опять НацуШлюси, а ГрейДождия :(

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Замолчи уже достал!Не нравится не читай, прекрати автора обижать! И Люси не шлюха она нормальная, а если ты етого не видешь твои проблемы!

      Удалить
    2. Умом-то я понимаю, что таких субъектов нужно просто игнорировать, но ведь бесят же! Какая-то, не умеющая даже предложение без ошибок написать, курица обижает талантливого человека... Так и хочется вслед за героем популярного фильма повторить:"Сдохни, козочка, сдохни!" А автор, как всегда, на высоте, с нетерпением жду продолжения и, надеюсь, Вы не обращаете внимания на высеры недотролей)))

      Удалить
    3. Спасибо, продолжение обязательно будет.

      За то, что заступаетесь тоже спасибо. Но, может быть, даже и не стоит. Как правило, я прислушиваюсь лишь к ограниченному кругу людей, мнение которых уважаю. Все остальные мнения я просто выслушиваю. Обидеть такими словами меня мог бы только близкий человек, если бы сказал мне их прямо в глаза. Во всех остальных случаях мне, как правило, либо жаль говорящего, либо вообще ни холодно ни жарко.

      P.S. Больше всего я ценю мнение постоянных читателей, а также разумно аргументированные.
      P.S.S. Первый и последний раз высказываюсь на эту тему. Время - деньги =)

      Удалить
  5. evicathy, признаюсь, я вас очень люблю :3
    И вас, и ваши фанфики. Хоть я птица в комментариях редкая, знайте, что я вас очень уважаю как писателя.

    Очень.смутила.перекрашивающая.волосы.штуковина. Блин, нельзя же так. Я тут то ржала, то мимиметр от перегрева чинила)
    Жду-жду-жду продолжения~
    RinaS.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Спасибо, буду знать =)

      Перекрашиватель стал гвоздем программы XD

      Удалить
  6. Крепись, Нацу, еще неделька-другая штурма вражеской крепости - и ты попадешь в святая святых. Драконы, демоны и вражеские гильдии попросту меркнут пред этим испытанием. Выдержит ли Нацу?

    P.S. Глава на высоте, как и всегда. Вдохновения Вам и узбеков. Творческих, ага.

    ОтветитьУдалить
  7. прекрасно написано а продолжение скоро?

    ОтветитьУдалить
  8. Я прочла все имеющиеся 32 главы! я в восторге! сама пишу уже 3 года! надеюсь у них всё скоро получится!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Ну, скоро-нескоро, но однажды - всенепременно =)

      Удалить
    2. Дорогой автор а прода скоро.

      Удалить
  9. Уважаемый автор, мне очень понравился ваш фанфик, хотелось бы узнать когда примерно будет новая глава, а то даже день не могу высидеть без муки. Заранее спасибо!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Ахах! :( Совсем замучила моих читателей. Простите. И продолжение в студии =)

      Удалить