понедельник, 20 октября 2014 г.

Fairy Tail фанфик / Сладкая парочка. Глава 40

Автор: evicathy
Беты (редакторы): Yuki Tao, Ty_Rex
Название: «Сладкая» парочка
Жанр: романтика
Пейринг: Нацу/Люси, Грей/Джубия
Рейтинг: NC-17
Размещение: если нравится, забирайте, только имя автора чур не изменять!
Дисклеймер: все права на персонажей и мир принадлежат Хиро Машима

Глава 40. Спасение утопающих или Волчий голод



- Держи.

- Спасибо…

Юноша заметил, как дрогнули ее пальцы, когда Джубия принимала предложенный им стакан. На холодном, запотевшем стекле отпечатались следы рук.

Черт, не подумал… Молоко-то – прямиком из холодильника, ледяное почти! От такого зубы ломит. Надо было чуток подогреть его, да Грей не сообразил. Ну, не спец он по тепловой обработке пищи! Привык все, что можно, потреблять в холодном виде, вот и не пришло в голову.

Холодильник у ледяного мага был мощный – морозил справно. Нынче же почти порожний агрегат и вовсе наяривал, выдавая холода в десять раз больше, чем требовалось хранившимся там продуктам. Как мы помним, их легко было пересчитать по пальцам: горчица, чеснок и, до недавней поры, вот это самое молоко.

- Осторожно, холодное, - запоздало предупредил парень. – Может, тебе его вскипятить?

Девушка-дождь помотала головой.

- Не нужно. Джубия будет так.

- Смотри, как бы горло не заболело… - предостерег ее он.

- Не заболит. Джубия знает одну хитрость, чтоб не заболело, - похвалилась волшебница. И тут же объявила, точно собиралась удивить его ловким фокусом:

– Смотрите, Грей-сама! Сейчас Джубия погреет молоко во рту!

С этими словами она поднесла стакан к губам и начала быстро поглощать его содержимое. Щеки феи раздувались пропорционально убыванию молока в стакане. Наблюдая за тем, как девушка-дождь мало-помалу обретает сходство с хомяком, ледяной маг вспомнил, что уже видал такое раньше. Один его давний знакомый тоже любил подражать хомякам, а потом – ка-ак плюнет пламенем…

Интересно, Джубия тоже собралась плеваться? Огня у нее нет, остается только молоко. Зарядит им, и получится новая техника – дыхание… хм… «млечного верблюда?» - задумался Фулбастер.

В самой середине его размышления о плюющихся тварях водяная фея громко сглотнула.

В тот же миг пародия на толстощеких грызунов резко перестала казаться Грею забавной. Он не успел еще сообразить, отчего съежилось сердце, а в глубине души уже закопошилось слабое предчувствие – добром это не кончится.

Пока созидатель озадаченно рассматривал девушку, пытаясь отыскать причины овладевшего им беспокойства, та вновь приложилась к стакану и опять набрала полный рот. Правда, на сей раз она явно пожадничала: переоценив свои возможности, Локсар замахнулась на больший объем, чем могла вместить. Излишки стали просить выхода – в левом уголке губ выступила белая капля.

Джубия в испуге задержала дыхание.

«О, нет! Грей-сама же смотрит! Так оконфузиться перед ним…»

Чувствуя, что изо рта вот-вот хлынет, девушка запаниковала.

А ледяной маг в секундной прострации наблюдал, как зреет на нежно-розовых губках белая бусина: быстро набухает, прибавляет в весе и начинает растягиваться.

«Это…»

Испугавшись налетевшей ураганом мысли, созидатель в панике отбросил ее от себя, но та, словно заколдованная, бумерангом вернулась назад. И ударила еще сильней.

«Ч-черт!»

Он не хотел… не хотел, но не мог не думать – о том, как молоко похоже на другую жидкость, тоже белую, излишки которой, скопившиеся в его организме, и продвигали данную ассоциацию в мозг.

«Джубия должна справиться любой ценой!» - девушка сделала над собой усилие. Грей-сама не должен увидеть, как она давится молоком и выплевывает его прямо на себя. Ни за что! Джубия не желает показываться любимому в столь неприглядном свете. Она же воспитанная девушка, а не чушка!

Водяная фея в изнеможении зажмурила глаза. Яркие красные пятна вспыхнули на щеках. Слегка откинув голову, она сильно напрягла мышцы горла и – совершила гигантский глоток, без остатка вбирая в себя все, что держала во рту.

- Ха-ах…

По инерции качнувшись вперед, девушка-дождь рефлекторно отпустила дыхание. Вместе со сдавленным воздухом из залитого молоком горла вырвался какой-то «мокрый» звук, до дрожи явственно напоминавший стон.

- Г-грей-сама… - пролепетала Джубия, распахивая глаза. Лицо сжигал пристыженный румянец. Шумно дыша и неловко переглатывая, она подняла на любимого заискивающий взор.

Юноша был на пределе. Словно таймер отсчитывал последние секунды до пуска ядерной установки. Все, что она делала: каждое движение, жест, мимика, взгляд, звук – все воспринималось в извращенном свете «молочной» фантазии. Молча Грей смотрел на Джубию, а его с трудом подлатанный рассудок вновь расползался на лоскуты.

Под пристальным взглядом возлюбленного девушка-дождь быстро смекнула: у нее что-то не так с лицом. Причем где-то в районе губ, куда ее парень глядел с особенным выражением – с таким видом, будто еле сдерживается, чтоб не выпороть Джубию за неряшество. «А!» – озарило водяную фею. Высунув кончик языка, она в исследовательских целях провела им по нижней губе, пробуя ту на вкус. И правда – молоко… У Джубии – «усы»! - догадалась волшебница. И тут же, стремясь показать, что усердно работает над ошибкой, взялась за устранение следов молока.

Розовым язычком девушка демонстративно облизала перемазанные белым губы, сглатывая остатки млечной жидкости вместе со слюной. Мышцы шеи напряглись в момент глотка, на миг ямка в ее основании сделалась глубже и четче, завлекая потемневший взгляд молодого человека в зону декольте. Ниже… еще ниже – мимо хвостика нитки, одиноко торчавшего на месте пуговицы, пока глаза не достигли вершин парных выпуклостей, поднимавшихся и опускавшихся в такт усиленному дыханию.

- Грей-сама, Джубия…

Созидатель так резко взвился на ноги, что от неожиданности девушку подвела рука.

- Ах!

Водяная фея неудачно качнула стакан и выплеснула часть молока на себя. Белая клякса села на грудь – от контакта с холодной жидкостью кожа покрылась мурашками. На пижамной рубашке от самой верхней из оставшихся пуговиц в сторону живота расползалось мокрое пятно.

- Грей-сама! – вскрикнула Локсар, не зная, о чем позаботиться вперед: об испачканной пижаме или же об удирающем, что есть духу, возлюбленном. Выбрав, все-таки, второе, она закричала ему вслед, но чересчур скоростной юноша был уже на пороге ванной.

– Грей-сама, куда вы?!

Ледяной маг молча захлопнул за собой дверь. Синие глаза удивленно округлились.

- Грей-сама… - потрясенно вымолвила Джубия.

-… вы же говорили, что уже мылись сегодня…

Нарочито громко клацнул шпингалет. Зашумела вода.



Выкрутив краны до отказа, парень с силой упер руки в борта раковины, свешивая над ней задурманенную голову. Брызги полетели в лицо, длинная челка спала на глаза. Из-под прядей, вмиг покрывшихся микроскопическими каплями, юноша, как чумной, воззрился на косматую струю, колотившую в светлый фаянс.

Поток ревел и пенился, опьянев от собственной силы. Вода закручивалась тугим водоворотом, успевая с десяток раз пронестись по кругу, прежде чем уйти в слив.

В штанах стояло колом.

Удивительно, как ему еще удалось благополучно добраться до ванной. Удивительно, что водяная фея позволила так легко уйти.

Одного Грей не мог уразуметь: нарочно она это делает или действительно не смекает, что такие фокусы совершают с ним? Хотя что ему с этой истины? Ну, узнает Грей, допустим, что девушка-дождь все специально подстроила, либо, что она, наоборот, чиста, как агнец, и никаких грязных целей не преследовала. А дальше-то что? Чем это знание ему поможет? Притворяется Джубия или же искренне полагает невинными все свои шалости – его члену, по сути, плевать.

Возымевшее собственную волю мужское достоинство требовало от хозяина сию же секунду утвердиться в горячем лоне водяной феи – властный приказ физиологии, противостоять которому стоило титанических трудов. Даже будучи сдерживаемым двумя слоями материи – плавками и джинсами, исходящий лютой страстью орган трепетал от возбуждения. Юноша и сам уж начинал дрожать – точно в бреду.

Он не может, не способен соображать трезво. Только ее тело перед глазами, только нестерпимое желание припасть к нему ртом. Сладко мучить, играть губами, языком с бледно-фарфоровой кожей…

Да ведь он же набросится на нее, - в ужасе понял вдруг созидатель. Набросится и «оберёт до нитки» эту дуреху, эту глупышку Джубию, которая не сознает, в какие темные пучины вожделения его сослала. Еще никогда в жизни Грея не тянуло к женщине с такой чудовищной силой. Еще никогда не испытывал он такого яростного физического влечения.

А ведь она совсем близко, - нашептывал бес. - Стоит только открыть дверь…

Парень еще крепче вцепился в борта умывальника, словно тот был обломком спасательной шлюпки – последнего, что осталось от корабля благоразумия, сгинувшего в свирепой пасти шторма.

Сколько раз Джубия предлагала ему себя? Иносказательно, а порой и открытым текстом… Сколько раз он ей отказывал? Ледяной маг сбился со счета.

А на кой черт, спрашивается, избегать, если она не против? Что он, святоша какой-то, принесший обет воздержания? Кому от этого лучше? Джубии? Но если она хочет быть с ним так же безумно, как и он с ней, тогда, выходит, Грей изводит их обоих. Вот именно, что, если Джубии тоже тяжко? Она мучается – он страдает… и какой во всем этом смысл? Ради чего он вредит и ей, и себе?

«А, да пропади оно все пропадом!» - Фулбастер вдруг резко отпустил умывальник.

Он любит эту девушку и хочет показать ей подлинный размах своей любви. Страсть обретет безграничную свободу – они будут любить другу друга всю ночь до зари, покуда не падут в экстатическом изнеможении их тела. Дурацкой канители, которую сам же и развел, не будет впредь. Отныне никаких отказов. С этого момента Джубия – его женщина: подруга сердца, отрада души и утешительница томящейся плоти.



Два шага до двери.

«Грей-сама, пожалуйста... будьте нежны с Джубией...»

Слова настигли юношу, когда тот собирался освободить засов. Рука так и застыла в воздухе, не дотянувшись до шпингалета.

Доверчивая просьба и – фея смущенно признается: «Для Джубии Грей-сама — первый мужчина…»

Волны воспоминаний накатывали одна за другой, щекоча ясной прохладой разгоревшееся сердце.

Деревня Хосенка, их с Джубией первая поездка вдвоем на горячие источники… Какую же смелость нужно иметь, чтобы вот так пред ним раскрыться! Тогда они с Джубией даже ещё не встречались…

«Г-грей-сама… Джубия мечтала о более нежных прикосновениях…»

А вот – когда он нечаянно задел ее грудь, неудачно выхватив весло во время лодочной прогулки. Тогда юноше было очень стыдно. И, мучимый угрызениями совести, он не самым любезным тоном пробубнил пострадавшей в ответ: «Да знаю я!»

- …знаю, - тихо повторил созидатель, плотно смыкая веки.

Стиснуть в кулак глупые пальцы, чтобы не тянулись зря. Напрячь каждую мышцу на теле лишь затем, чтоб не дать ногам сделать шаг.

Нельзя! Ему нельзя сейчас притрагиваться к Джубии. Сегодня – нельзя. Нет, только не в таком, едва вменяемом, состоянии, когда он почти себя не контролирует! Он просто не способен в данный момент выполнить ее просьбу – не сможет быть с ней нежным, как в ее мечтах.

Слишком мало сил осталось. Тех крупиц терпения, что чудом удалось сберечь, не хватит надолго. И речь не только о нежности – как бы вообще не облажаться: какое там «до зари»! А ну как все закончится, даже не успев толком начаться? Во имя собственного достоинства хотелось бы избежать подобных казусов. Да и Джубия вряд ли обрадуется, если ее любовник «эвакуируется» в первые же несколько секунд, что, увы, очень даже возможно при теперешнем градусе его возбуждения. А помимо того, как ему, потерявшему от страсти голову, справиться с главным препятствием? Он ведь, наверняка, не сумеет удержать себя в руках в самый ответственный момент, когда… будет в нее входить. Что, если он сорвется и причинит ей боли больше, чем положено? Нет уж, страсть, затмевающая рассудок, на данном этапе им строго противопоказана. Джубия – девственница, и пока они не разберутся с этим обстоятельством, ничего подобного допускать нельзя. Набрасываться на неопытную партнершу в диком возбуждении – акт абсолютно аморальный.

Приказав мускулам расслабиться, Фулбастер обреченно вздохнул: ночь грозила обернуться кошмаром.

Знать, что та, которую так жаждет сердце, спит в нескольких метрах от него. Знать, что она подарит ему желаемое, стоит только попросить. Усмирять собственное тело, изнывающее от потребности слиться с любимой. И ждать, ждать, ждать первого спасительного луча солнца, который прикончит эту страшную ночь.

Выдержит ли он?

Чтобы выдержать, придется самому о себе позаботиться. Выхода нет: если этого не сделать, девушка-дождь рискует стать жертвой подчинившей его организм похоти.

Забавно: час назад Грей заочно порицал за это Джубию, а теперь сам собирался свершить то, в чем ошибочно ее подозревал.

Девушка-дождь – в соседней комнате, но она ни в коем случае не должна догадаться, чем он тут занят. Поэтому никаких, боже упаси, стонов, напор воды – на максимум, и, конечно, долго не засиживаться. К счастью, Фулбастер чувствовал: сегодня ему «долго» и не понадобится.



«Похоже на побег, но зачем Грею-сама сбегать от Джубии?» - размышляла водяная фея, обескураженно разглядывая дверь, за которой пять минут назад скрылся ледяной маг. Все это время в ванной непрерывно лилась вода.

Сказал, что идет мыться… Но ведь ранее утверждал, что уже вымылся, когда она приглашала его присоединиться к ней. С чего вдруг Грей-сама передумал и решил повторить водные процедуры? Или же ранее он обманул Джубию нарочно, чтобы избежать совместного с ней принятия душа?

Волшебница обиженно поджала губы.

Она-то думала, что он оставил ее у себя не просто так, а с неким намерением. Но что-то Грей-сама не спешит это намерение претворять в жизнь. Как будто вовсе и не желает выводить их отношения на новый уровень, как девушка, было, решила. И вообще! Ведет себя не пойми как! То ласков и заботлив: обрабатывает ей раны, предлагает подогреть молоко. То груб: швыряет в Джубию пижамой и сбегает ни с того, ни с сего в ванную. Не укладывается в голове!

Может, Грею-сама не понравилось, что она игралась с молоком? Говорят же в народе: с едой играть нельзя. Может, этим она его рассердила? Ах, но ведь Джубия не позволила себе ничего оскорбительного! Она же не бросала кусок хлеба наземь и не втаптывала его каблуками в грязь!

Молоко водяная фея, как послушная девочка, допила. И даже мазь, которой Грей-сама ее намазал, полностью впиталась в ступни, а ледяной маг так и не вернулся в комнату.

Чуть поколебавшись, волшебница соскочила с кровати и на цыпочках приблизилась к ванной. Приникнув ухом к двери, она прислушалась, но изнутри доносился только ровный плеск воды. Джубия разочарованно вздохнула – ни на намека на то, чем Грей-сама там занят. Видимо, у него нет привычки разговаривать, когда принимает душ. А жаль – она б не отказалась услышать что-нибудь вроде: «О, Джубия!.. О, любимая!» Сама-то волшебница под струями воды частенько охала и ахала, натирая «Грей-сама-мочалкой» грезящее о возлюбленном тело.

Отняв ухо от двери, Локсар в раздумье потеребила синий локон: стоит ли ей узнать, как он там, или лучше не беспокоить? Грей-сама так неожиданно убежал – может, живот прихватило?

Все еще колеблясь, она медленно вознесла руку и, на секунду задержав ее напротив двери, тихонько постучалась.

- Грей-сама?

В тот же миг другая рука, принадлежавшая, определенно, мужчине и занятая, вообще говоря, суровой мужской работой, замерла, прекращая совершаемые ей классические возвратно-поступательные движения.



То, что испытал юноша в это мгновение, вряд ли поддается описанию литературным языком. Бывают в жизни такие моменты, когда силу эмоций передает лишь крепкое словцо. Опустим первые мысли ледяного мага, дабы избежать употребления ненормативной лексики, и скажем только, что ужас, сковавший моментально все его тело, хотя и отличался качественно, по силе лишь немногим уступал тому, что созидатель испытывал, когда, будучи еще пацаненком, стоял перед Делиорой – демоном, который навсегда останется для Грея Фулбастера воплощением страха.

Вот так вот и уверуешь в Высшие Силы… Что это? Кара небесная?! Не раньше не позже ведь явилась! Будто специально кто подослал – устыдить за рукоблудие. Куда там мифам о волосатых ладошках, Джубия, с ее «своевременным» вмешательством в самый разгар процесса, даст любой страшилке сто очков вперед!

Сняв руку с объекта стимуляции, который – вот зараза! – и при столь мертвящих обстоятельствах сохранил жизнерадостные стойкость и объем, юноша привалился взмокшей спиной к выложенной кафелем стене и, страдальчески закатив глаза, медленно сполз по ней на пол.

«Вот же ж блин… Полный атас!»



Чтобы дать нашему герою прийти в себя, отвлечемся ненадолго и опишем интерьер ванной комнаты, где он находился. Удивительно, но факт – ванны, как таковой, здесь не было. Отсутствовала и душевая кабина. Кронштейн, на котором крепилась лейка душа, был вбит прямо в стену вблизи дальнего угла помещения, а вся лишняя вода уходила в канализацию через несколько сливных решеток в полу. Такие вот спартанские условия. Впрочем, созидателя они вполне устраивали.

В связи с родом деятельности Грей проводил не так много времени дома. На миссиях возможности соблюсти гигиену могло вообще не представиться. Так что, по возвращении с очередного задания, после этак трех-пяти дней в дороге, погонях и драках, любой душ казался благословением. К тому же, в Магнолии существовала общественная баня, которую можно было посетить при желании отмокнуть в водичке, а во вновь отстроенной гильдии имелась пара душевых при бассейне. Наконец, Фулбастер жил один, что автоматически делало его единственным пользователем ванной комнаты. А значит, никто не жаловался на мокрый после душа пол и отсутствие какой-либо занавески.

Сейчас юноша находился не под самим душем, а немного в стороне, дабы вода не мешала его деятельности. Разумеется, то было никакое не омовение. Хотя очистить разум от неблагочестивых мыслей, равно как и тело от крамольных нужд, ему сейчас было бы очень полезно. Однако, увы, не этого хотелось в первую очередь. Никакой душ, будь он даже ледяным, не смог бы справиться с алчным жаром в чреслах. Как вода может затушить то, что сама же и пробудила? Джубия – девушка-дождь, ее тело, которым Грей так жаждал завладеть, являлось воплощением воды.

- Грей-сама, вы в порядке?

Парень решил прикинуться глухонемым. Сидя на забрызганном водой полу, ледяной маг, который прислонялся спиной к стене, откинул назад голову, упирая в ту же стену и темечко.

В порядке ли он? Ну, конечно! В таком порядке, в каком только может быть молодой человек, прерванный посреди мастурбации собственной девушкой, с которой у них еще не было близости и которую, потому, он так сильно желает, что вынужден заниматься самоудовлетворением в соседнем с ней помещении, только чтобы уберечь любимую от неприятного опыта, которым грозит обернуться их первый раз из-за того, что он перевозбужден и плохо себя контролирует.

Фух! Одно только описание его нынешнего положения отнимает кучу времени и нервов.

Ладно, может, ей надоест, что он не отвечает, и Джубия сама отстанет… Хотя, нет, разве он плохо с ней знаком? Когда это девушка-дождь прекращала «охоту на Грея-сама» только потому, что тот ее игнорировал?

- Вам что-нибудь нужно?

О, да, еще как! …ты…

- Грей-сама, Джубия может вам чем-нибудь помочь?

Обезоруженный Грей уронил голову на грудь.

Да что ж это такое-то, в самом деле! Он делает все, чтоб защитить ее от себя, она – все, чтобы угробить его старания. Саботаж за саботажем! Ну, чего вот лезет? Помочь ему захотела? Да она хоть представляет, в помощи какого рода он сейчас нуждается?

- Джубия…

- Да, Грей-сама! – воскликнула водяная фея, обрадованная тем, что парень, наконец-то, с ней заговорил.

- Уйди!

Грею показалось, он услышал какой-то звук из-за двери. Будто девушка что-то сказала, резко вздохнула или даже всхлипнула. Но из-за шума воды и разделяющих их стен ледяной маг не смог разобрать, как именно она отреагировала на его резкость.

- Извини за это.

Он прошептал так тихо, что едва расслышал себя сам. И непонятно было, то ли так он просит простить его за содеянное, то ли извиняется заранее за то, что еще только сотворит.



- Грей-сама, Джубия может вам чем-нибудь помочь?..

Девушка-дождь стояла перед ним на четвереньках, одетая в один лишь верх пижамы, свободно распахнутый по причине полного отсутствия пуговиц. С левого бока рубашка уже намокла – рядом вовсю шпарил душ.

- Джубия…

Созидатель мягко взял лицо феи в ладони, загладил назад синие волосы с висков и, словно прося понять и простить его, заглянул девушке в глаза, поверяя ей свою душу.

Это, конечно, мерзко – то, что он намерен сделать. Грей прекрасно сие сознавал. Но лучше уж с этой Джубией, чем с настоящей. По крайней мере, настоящей он не навредит.

- …прости меня.

Прикрыв глаза, юноша сдавил в кулаке истосковавшийся по ласке член.

Теперь-то, с таким термоядерным ускорителем в виде «силы мысли», он в два счета доведет себя до финиша. С этой Джубией можно делать все, что вздумается. Никто не узнает и не осудит. Да и ей никакого ущерба, она ведь не реальная – всего лишь призрак, выдуманный им. А значит – прочь приличия, долой сомнения, свободу фантазиям! Сдаться на милость дуэту руки и воображения, и пусть самое божественное из видений подменит собою реальность.



Мягкие девичьи губки сомкнулись вокруг кончика, нежно вбирая его в рот. Водяная фея обмела головку языком, повторяя движения пальцев ласкающего себя юноши.

Рука скользила как по маслу, хотя никаких покупных средств себе в помощь Грей не использовал. Те скромные запасы, которыми он располагал, остались в недосягаемости – в комнате, где была Джубия. Однако качество ощущений не страдало. Наоборот, организм сегодня с лихвой вырабатывал собственный лубрикант: смазки было – хоть отбавляй. Если честно, юноша и не помнил даже, чтоб когда-нибудь раньше у него случалось ее так много.

Плотно обхватив пенис ладонью, девушка подвела его к выпростанному язычку. Точно оттискивая на языке печать, уперла в него чувствительную макушку и принялась возить ею по теплому мокрому бархату, вырисовывая на нем кругляшки.

Перед глазами все пошло цветными пятнами. Рука задвигалась быстрей. Созидатель судорожно вздохнул, с трудом преграждая дорогу прорывающемуся из недр тела стону.

Подразнив языком уздечку, Джубия взялась лизать член – так, словно он был эскимо на палочке. Сперва – осторожничая, самый кончик, только пробуя на вкус, затем – смелее, в полную силу, наслаждаясь лакомством. Как тающее мороженое – длинными гладящими движениями вдоль всего ствола, и словно «доедая» его – целиком пленяя ртом и дочиста обсасывая, как палочку.

Ох, если рай существует, то он, вероятно, такой, - Грей не сомневался.

Девушка взяла его достоинство глубже, внутри рта прижимая язычком к небу.

- Арх… - парень сипло вздохнул, еще больше ускоряя трение.

Надолго здесь не задержишься. Этот рай обречен.

Движения, быстрые и частые, сделались почти неотделимыми одно от другого.

Ну же, давай, Джубия, постарайся хорошенько!

Постанывая, ледяной маг задвигал бедрами, ритмично втискиваясь в елозящий по стержню кулак.

Не ради «Грея-сама», а ради самой себя. Ведь, от того, что сейчас происходит, зависит: разочаруешься ты этой ночью в любви и мужчинах или же просто будешь дуться на своего парня за его «нерешительность».

Вдохнув через нос, девушка подалась ртом вперед, заглатывая пенис почти до основания. Влажно светящиеся синие глаза устремились наверх, цепляя помраченный наслаждением взгляд мужчины.

Зарыться пальцами в густые упругие локоны. Смотреть, как тугое кольцо розовых губ с дразнящим сопротивлением насаживается на ствол. Чувствовать, как трепещет стенка горла, когда головка трется о его свод. Слушать приглушенные стоны любимой, которой доверил ласкать самое драгоценное.

- Джубия…

Сильные вдохи и выдохи отдавались в ушах. Буйное сердцебиение – эхом по всему телу. Волна за волной удовольствия приближали конец. Своды рая грозили вот-вот обрушиться.

- А-ах, чеееерт!

Ледяной маг содрогнулся, в сладком предчувствии закатывая глаза.

- О-ох!

Сильно вытолкнув бедра, мощным выпадом он вонзился в кулак. И взрыв острого наслаждения ослепил тело. Член выстрелил белой кляксой, выбросив семя аж на полметра. Еще несколько мгновений он продолжал трепыхаться в судорожном экстазе, слабеющими толчками изливая остатки спермы. И лишь, когда ее запас иссяк, а высадивший весь заряд орган затих, юноша с прерывистым вздохом выпустил его из руки. Спина, грудь и лоб были мокрыми от пота.

Секунды Грей провел, привалившись к стене. Затем устало потянулся к душу, подставляя скользкую ладонь под прозрачные струи. В мгновение ока водяной поток смыл вязкую белесую субстанцию с облепленных ею пальцев. Вместе с водой та проделала путь вниз, а потом – исчезла из виду, ускользнув между прутьями сливной решетки. Семя приняла в себя вода, но не та, которой оно предназначалось. Той же, единственной «воде», для которой оно было произведено на свет, увы, не досталось ничего.



Вся на нервах в ожидании ледяного мага, водяная фея грызла ноготь на большом пальце.

С тех пор, как созидатель прогнал ее, когда девушка пришла справиться о его самочувствии, прошло уже минут десять, но ничего кардинально не поменялось: в ванной, по-прежнему, текла вода, Грей-сама там, по-прежнему, намывался, Джубия – здесь, по-прежнему, его ждала.

Надо же, оказывается, Грей-сама очень любит принимать душ. Надо будет презентовать ему как-нибудь мочалку в виде Джубии – пускай делает это с двойной пользой. Глядишь, и мысли в верном направлении потекут…

«Уйди!»

Девушка-дождь моментально спала с лица.

Как ни старалась она забивать голову мочалками и прочими пустяковыми вещами, это резкое слово непрерывно звенело в ней, точно кто-то бил и бил в гонг, заставляя его гудеть снова и снова.

«Грей-сама, вы же не имели в виду, что Джубия должна уйти насовсем?..»

Девушке было страшно. Так страшно, что со страху разболелся живот. Обхватив его руками, сидевшая на кровати водяная фея согнулась пополам, ложась грудью на колени и замирая в этой самоуспокоительной позе.

Лучше б она тогда не стучалась к Грею-сама. Наверное, он не любит, когда его беспокоят во время купания.

Вдруг водяная фея насторожилась: что-то было не так. Будто какой-то шум, ставший уже привычным, внезапно исчез.

«Вода… не течет?»

Джубия разом выпрямилась, навострившись, точно суслик в сторожевой стойке.

С громким щелчком сработал шпингалет. Дверь отворилась, и в комнату вошел ледяной маг.

- Гре…

Девушка-дождь запнулась, щеки вспыхнули алой зорькой.

- …о-ох... - только и смогла проскулить она.

Юноша, босой, без рубахи, в одних только джинсах, из-под пояса которых выглядывала резинка трусов, промокал полотенцем мокрые волосы. Капли, скатившиеся с концов темных прядей в обход полотенца, точно выпавшая роса, осыпали широкие мускулистые плечи.

При виде такого Грея-сама у Джубии сперло дыхание, а низ живота в вожделении зашелся столь сладкими судорогами, что она даже схватилась за него рукой. Сердце выплясывало трепака, рот наполнился слюной.

О, Ками-сама! Как ты мог! Зачем ты сделал Грея-сама таким сексуальным и одновременно таким неприступным?! Что же это теперь - Джубии мучиться всю оставшуюся жизнь? О, как же несправедливо! Такими темпами она скоро скончается от кровоизлияния из ноздрей!

- Переодеться-то совсем, что ли, не во что?

Закончив вытираться, парень повесил полотенце на шею и первым заговорил с водяной феей.

- А? – отозванная с небес девушка непонимающе захлопала глазами.

- У тебя рубашка мокрая, - указал на пятно от молока Грей.

Джубия посмотрела на пятно, подняла глаза обратно на ледяного мага, открыла рот и не слишком осмысленно протянула:

- А…

Кажется, теперь она может изъясняться лишь междометиями.

Поняв, что больше с бедолаги взять нечего, юноша со вздохом пошел к шкафу.

Придется выдать ей что-то из своих вещей, а то как она спать-то будет в мокром.

На голову приземлилось что-то мягкое, занавесившее сразу половину обзора. Девушка потянулась, снимая мешающий ей видеть предмет с макушки, и узнала в нем самую обыкновенную хлопчатобумажную футболку, уже ношенную, но чистую и выглаженную.

- Иди переоденься.

Девушка сглотнула вставший в горле комок. «Футболка Грея-сама!» - сердцебиение по-новой набирало обороты.

Прижимая пожалованное ей сокровище к груди, водяная фея подскочила с кровати, устремляясь в сторону ванной. «Скорее примерить! А-ах! Джубия наденет футболку Грея-сама на голое тело!»

- Джубия! – окликнул резво стартовавшую фею созидатель. – На кухню иди, в ванной сыро.

Девушка послушно изменила маршрут, скрываясь за кухонной дверью. Проследив, что она попадет куда надо, юноша удовлетворенно хмыкнул.

«Так, а теперь нужно подготовить все до того, как она вернется», - с этой мыслью оставшийся в одиночестве созидатель взялся за работу.



Начал Грей с того, что распотрошил собственную кровать – снял с нее все белье, вплоть до наволочки и застелил заново – свежим. Зачем? Ну, так Джубия же ляжет сюда, а как может он позволить ей спать на тех простынях, на которых спал сам? Не то, чтобы ему было жалко, или белье было грязным, или у самого парня водились какие ни то паразиты, вроде вшей – нет, ничего подобного. Просто так, типа, положено – гостям стелить все свежее и… и… кто, в конце концов, знает, чем он в этой постели, бывало, занимался…

Покончив с обустройством ложа для Джубии, юноша озаботился своим собственным. Давным давно, когда у него еще не было кровати, Грей спал на футоне. К счастью, тот все еще хранился у Фулбастера в шкафу. Растворив дверцы, парень сразу же его обнаружил – свернутый футон стоял вертикально, перетянутый посредине веревкой, чтоб не раскатался. Рядом лежала продолговатая подушка в мелкий цветочек, отороченная по краю фигурным кантом. Что касается последней, то эта интересная вещица появилась в хозяйстве созидателя благодаря Эрзе, которая задарила ее другу на день рождения. Сам именинник, правда, склонен был считать, что при выборе подарка Титания опиралась исключительно на собственный вкус, не считаясь с его предпочтениями. А может даже Скарлет мстила таким образом за все те неженственные рогатки, которыми не доросшие до понимания мальчишки ее регулярно одаривали на все подряд праздники в течение нескольких лет. В общем, неугодный хозяину дома презент не один год захламлял шкаф. Однако сейчас, попавшись ледяному магу на глаза, натолкнул его на мысль: кажется, подарку, наконец, получится найти применение. Вытащив подушку из шкафа, парень положил ее в кровать взамен старой, а ту – забрал себе.



«Ох…»

Водяная фея, облачившись в футболку любимого, обнаружила, что та ей велика – пройменные швы шли не по границе плеча, как им положено, а гораздо ниже.

Ну, конечно! Ведь Грей-сама выше Джубии и плечи у него шире… - девушка покраснела, отмечая сей факт.

Зато в этой футболке просторно и… и ощущения ни с чем не сравнить!

Девушке-дождю уже доводилось носить вещи ледяного мага: на их первом свидании юноша сам накинул на нее свою рубашку, чтоб защитить девушку в купальнике от взглядов зевак. Но в том-то все и дело: тогда на ней был купальник, сейчас - ничего! Голые груди Джубии прикасались к той же ткани, которая однажды контактировала с кожей Грея-сама! Вот если б только еще эта футболка была прямо с него, а не постиранная предварительно с порошком. Тогда бы она сохранила запах его тела…

- Грей-сама… - вздохнула волшебница, млея. И опять низ живота свело проказливой судорогой.

Ах, как же ей хочется, чтобы он до нее дотронулся, приласкал… Разве она и этого сегодня не получит?

Девушка-дождь всего лишь жаждала прикосновений и поцелуев любимого, чуть больше страсти с его стороны. Всего-то и хотела, что почувствовать себя желанной.

Увы, Грей-сама будто специально морил ее «голодом». Вот как можно было пригласить девушку к себе переночевать и даже не попытаться раскрутить ее на взаимные ласки? А Джубию бы даже и раскручивать не пришлось. Она была готова и так броситься на ледяного мага, особенно, когда он вышел из ванной, весь такой… ммм, обольстительный, как черт! Девушка едва слюной не захлебнулась. Ох, ну, как же ей подвигнуть его к действию? Должно же между ними хоть что-то произойти! Иначе, какой смысл был оставлять ее на ночь?

Грей-сама! Что Джубии сделать, чтобы вы ее захотели?

«Раздеться?..» - промелькнуло в голове. Но она же не может выйти к нему голышом! Тогда…

Водяная фея стиснула край футболки, потянув его вниз.

Последний шанс – она должна им воспользоваться. Грей-сама не может не оценить ее смелость.

Пальцы, дрожа, нащупали кулиску пижамных штанов.



- Грей-сама…

Джубия застыла на месте, едва переступив порог комнаты. Синие глаза остановились на любимом. Сердце неприязненно сжалось, стоило ей рассмотреть, чем он занят.

- Что вы делаете? – вырвалось у моментально взволновавшейся девушки.

Ледяной маг поднялся на ноги, закончив раскатывать футон.

- Переоделась?

Полностью игнорируя ее предыдущий вопрос, юноша развернулся к ней и… одно лишь удивление высветилось на его лице, когда он увидел голые ноги волшебницы.

- А со штанами что? – полюбопытствовал Фулбастер.

Локсар залилась стыдливой краской.

- Джубии… стало жарко, - неслышно промямлила она, одергивая футболку вниз.

Почти что и не ложь: ее тело, которому ни зной, ни жгучее летнее солнце не могли причинить вреда, лишь по одной причине начинало нагреваться. Лишь от одного человека на свете Джубию кидало в жар, и жгло, и знобило, и колотило, и лихорадило – и все это одновременно! Конечно же, человек этот – Грей-сама… Грей-сама, который – о, как это горько! – не испытывает подобных сильных чувств к ней.

И это все? Действительно, все? Вся его реакция?

Отказываясь в это верить, волшебница скосила глаза вниз, на ту часть тела возлюбленного, которая должна была открыть ей правду: нравится юноше то, что он видит или нет. В отличие от некоторых, этот «товарищ» врать не способен... Если Грей-сама притворяется, что его ничуть не колышет ее полунагой вид, а на самом деле это не так, то там, внизу, Джубия должна обнаружить…

Девушка-дождь поблекла. Там, где она так надеялась найти хоть малейший намек на «отклонение от нормы», не было никаких отклонений!

Как же так! Как же… так? Грею-сама, и правда, безразлично, что Джубия стоит перед ним полуголая?! В его футболке, между прочим! Он ведь должен понимать, зачем она явилась к нему без штанов! Неужели даже мысль о том, что она сама пришла к нему за этим, Грея-сама… не возбуждает?

Если б девушка-дождь знала, как «поработал» над собой ее ненаглядный, пока «принимал душ», если б разбиралась в мужской физиологии и имела представления о том, как тот орган, чьего одобрения она ждала, функционирует, она бы не приняла – совершенно безосновательно – его нулевую реакцию на себя за неопровержимое доказательство своей непривлекательности. Но водяная фея, к сожалению, не ведала ровным счетом ничего и потому пришла к неутешительным выводам: у нее, Джубии Локсар, недостаточно женского очарования для того, чтобы у Грея-сама на нее «встал».

- Мне завтра на миссию, так что – отбой, - произнес созидатель, выводя из оцепенения волшебницу. Та бестолково уставилась на расстегивающего джинсы парня.

- Спать будешь на кровати.

Джубия вздрогнула.

- А вы? – цепко вперилась в него она.

- Здесь, - юноша показал на футон.

Что ж, этого следовало ожидать – раз уж она его не привлекает.

- Грей-сама, давайте спать вместе! – с рвением воскликнула волшебница, молясь про себя, чтобы он согласился.

Хотя бы это… Хотя бы просто спать! Ей уже не нужно ничего сверх. Она умерит свои аппетиты, только бы любимый не отказался от ее близости совсем.

- Вместе мы не поместимся, - сравнял с землей надежды девушки парень.

Да, конечно, эта кровать не такая по-барски широкая, как у нее, но Джубия была уверена: если они лягут близко-близко друг к другу и обнимутся крепко-крепко, то обязательно поместятся вдвоем. А если Грей-сама боится ночью упасть…

- Тогда Джубия будет спать с вами на полу!

- Смеешься, что ли? – дернул бровью созидатель. – Думаешь, я позволю девушке спать на полу, когда есть кровать?

- Грей-сама!

- Ты гостья – вот и спи на кровати. Гостям полагаются лучшие места.

- Грей-сама! – взмолилась девушка-дождь. – Как вы не понимаете! Джубии не нужно таких почестей, Джубия хочет спать с вами! Самое лучшее место для Джубии – рядом с Греем-сама!

Ледяной маг промолчал, ничего не отвечая на ее бурное излияние. Тогда водяная фея решилась.

- Грей-сама, Джубия не будет спать в кровати без вас! – встала в позу она.

Фулбастер, наконец, перестал быть спокойным, как танк, и обнаружил эмоции – удивление тому факту, что девушка раскапризничалась.

- Любишь ты все усложнять, - упрекнул ее он.

Джубия продолжила давить.

- Джубия не может спать без Грея-сама, - категорично заявила она. Юноша только вздохнул.

- А я не могу – с тобой, - прямо, без виляний ответил он.

Она даже рта не сумела раскрыть – губы словно склеились. В немой горести волшебница взирала, как ее молодой человек быстро стаскивает с себя джинсы и ныряет под одеяло, тут же поворачиваясь на правый бок и обращая к ней спину.

«Грей-сама… вы… вы!..» - она пришла в отчаяние.

Хотелось обозвать его самое мягкое «бездушным гадом», но разве Джубия могла позволить себе так ужасно выразиться о Грее-сама? Даже мысленно!

Она стояла, словно в столбняке, и смотрела на его голую спину, пока ледяной маг и эту радость у нее не отобрал, натянув одеяло по самые уши.

- Будешь ложиться – выключи свет, - сказал он ей, не оборачиваясь. – Спокойной ночи.

Вот и все. Теперь точно больше ничегошеньки не случится.

С трудом от сдавливающих горло безмолвных рыданий, водяная фея прерывающимся голосом проблеяла:

- Спокойной… ночи… Грей-… сама…

Не чувствуя под собой ног, Джубия кое-как доковыляла до выключателя. Погасив свет, добрела до кровати и без сил плюхнулась на нее. Как сидела, рухнула на бок, приземлилась щекой на подушку, и, втащив наверх ноги, подтянула их к груди, сжимаясь в щемящий сердце комочек. Синие глаза не закрывались ни на миг. Их взгляд приник к одной точке – там, где на своем футоне возлежал ледяной, как айсберг, с сердцем, каменным, как скала, возлюбленный девушки-дождя.

«Грей-сама…» - она протянула руку в полумрак.



В бледном свете луны, заглядывающей в окошко, темные волосы юноши гладко блестели, выделяясь на белом фоне подушки. Если кровать стояла у окна, то футон лежал от силы в двух метрах от ее изголовья, вдоль стены, с которой то соседствовало. Между девушкой и причиной ее печалей вклинивались лишь прикроватная тумбочка, низкий пуфик да торшер.

Как же близко к ее руке он кажется… И как же далеко от Джубии на самом деле! Почему эта ночь, которая по всем правилам должна была соединить их сердца и тела, напротив, разделила, рассорила и отдалила друг от друга?

- Грей-сама? – вопросила девушка.

Ответа не последовало – ледяной маг уснул.

Не слишком ли быстро? А может, это как раз потому, что Джубии нет с ним рядом в постели – вот Грею-сама и спится слаще…

К водяной фее, наоборот, сон не шел.

Разве не говорила она ему, что дома, в Магнолии, без мини-Грея-сама не может уснуть? В тот раз юноша даже слушать не захотел – вышвырнул куклу-тезку из кровати. А что ж теперь? Как теперь ей поймать сон за хвост, если нету ни «мини», ни «макси» экземпляра?

Грей-сама, раз уж вам так не угоден мини-Грей-сама, возьмите ответственность на себя – спите с Джубией за него. А что вы делаете вместо этого? Почему сослали ее на кровать? Почему не пустили к себе на футон? Да еще в одеяло закутались, хотя никогда так не делаете – будто специально от Джубии прячетесь! Что с вами, Грей-сама? Вы не видели Джубию целых полторы недели, так почему же за весь вечер вы ее ни разу не поцеловали?!

Водяная фея пришла к неутешительному выводу: все из рук вон плохо. Но как может быть плохо, если перед отъездом на миссию полторы недели назад было хорошо?.. Нет, даже замечательно! Грей-сама был так внимателен к ней, платье подарил… И ведь намечался даже кое-какой прогресс в интимной сфере! Джубия тогда добилась больших успехов с «десертом». И потом… был еще тот особенный взгляд, которым Грей-сама на нее смотрел, когда они прятались от всего мира за коврами. Так что же произошло в ее отсутствие, что его отношение к ней так круто изменилось? Неужели она сама виновата: нельзя было оставлять Грея-сама одного на такой долгий срок. Его чувства угасли без подпитки ее бенто? Или же… Или же пока Джубии не было, на любовь Грея-сама покусился кто-то другой… Кто-то обворовал… ограбил… обокрал Джубию… СОПЕРНИЦА?

Девушка-дождь в одночасье похолодела.

Значит, пока она была на миссиях, какая-то ШАЛАВА – по-другому ведь и не выразишься, прибрала к рукам ее парня! Где Грей-сама встретил эту шваль? Не в гильдии же! Нет, в гильдии все знают об их отношениях и там попросту нет таких девиц, которые могли бы так мерзко поступить с Джубией. Люси… не смогла бы. Нет, это не она! Тогда кто? Может, беспутница привязалась к нему во время какого-нибудь задания? Да, это уже больше походит на правду. Еще бы! Грей-сама – мужчина видный, такого любая захочет иметь при себе. Конечно, он сопротивлялся и пытался хранить верность Джубии, но та мерзавка могла чем-то его опоить, загипнотизировать или как-то иначе расположить к себе. Джубии ли не знать, как это делается! Зато вот и разгадка странному поведению Грея-сама. Изменив своей девушке с какой-то лахудрой, он чувствует себя виноватым – отсюда проявление заботы, но с другой стороны – он нарочно груб с ней, чтобы убить чувства Джубии к недостойному ее любви.

Нет, Грей-сама, не убьете! Вы причинили Джубии боль своим поступком, но она примет вас назад, раз вы так отчаянно сожалеете о нем. …а вы ведь сожалеете, правда? Вы ведь… вы ведь не могли влюбиться в вашу совратительницу по-настоящему?!

Девушке вдруг стало трудно дышать. Кровь отхлынула от сердца, и то тут же начало мерзнуть.

Если случилось несчастье, если Грей-сама полюбил другую – что делать ей, Джубии? Как вернуть его назад? И, главное – кто эта гадюка, наложившая лапу на милого Грея? Джубия должна знать! Даже если придется разбудить ненаглядного и выслушать шквал недовольства по этому поводу. Даже если придется учинить ему допрос с пристрастием! Джубия добьется от Грея-сама признания. Всеми правдами и неправдами она заставит его говорить. Он назовет ей имя той, которая так бессовестно его охмурила!



- Кто она, Грей-сама?

От удивления созидатель даже забыл, что притворяется спящим. А спящие, вообще-то, не слышат вопросов и, уж тем более, не отвечают на них – на чем Грей и прокололся.

- Она? – переспросил юноша.

- Так вы не спите! – воскликнула водяная фея.

Упс…

- Спал, ты меня только что разбудила, - вышел из ситуации парень.

Видимо, девушке было не до подозрений в лукавстве. Она продолжила пытать собеседника.

- Тогда ответьте Джубии – кто она такая?

- Какая еще «она»? – Грей так и не въехал, о чем речь.

- Новая соперница Джубии!

Ах, соперница… Вот тут Фулбастер пожалел вдвойне. Ну, зачем откликнулся, а? Эх, не голова, а садовая лейка! Надо было помалкивать в тряпочку и не напоролся бы на очередные ревнивые закидоны девушки-дождя.

- Откуда мне знать! Твоя ж соперница – не моя, - сострил он.

- Не увиливайте, Грей-сама! – нервно вскинулась волшебница. – Как ее зовут?

Да, Господи, где ж она постоянно всех этих «соперниц»-то откапывает?

По мнению Фулбастера, за всю его жизнь на него не посмотрело столько девушек, к скольким Локсар уже успела его приревновать.

И, почему вообще, собственно, она опять поднимает эту тему? Разве он дал ей какой-то повод для ревности? Хах! Да ведь он даже помыслить ни о ком другом не может! И чуть ранее в душе…

- О… - дошло вдруг до созидателя. – О!.. Так вот какая «соперница» ее беспокоит. Чуткая женская интуиция уловила «что-то не то» в его поведении, и водяная фея тут же занервничала, от неведения изобретая себе «соперницу». Эх, Джубия… Нашла к кому ревновать, дурында! Это ведь даже не девушка никакая, а всего лишь его собственная рука. И, разумеется, у нее нет отдельного имени.

- Никак не зовут, - уклончиво отозвался ледяной маг.

- Вы что, даже этого не знаете?! – ужаснулась водяная фея. - Она же вас соблазнила!

Грею надоело.

- Она не представилась, - саркастично буркнул он.

Локсар поняла по-своему.

- Вас очаровала какая-то незнакомка?

Созидатель только фыркнул про себя. «Незнакомка»? Да нет, наоборот – скорее уж «старая знакомая». С рожденья, можно сказать, вместе.

- Г-грей-сама… - нервно заикаясь, девушка облизала пересохшие от волнения губы, - скажите, только честно: у-у вас с ней… уже ч-что-то было?

Воздух попал не в то горло – ледяной маг поперхнулся, закашлявшись.

Откуда она… Фу ты, бред какой! Мысли, что ли, читает? Так и читала бы до конца! Там же ясно написано, черным по белому, что нет никакой чертовой соперницы! Или мастурбация нынче к измене приравнивается?

- Джубия, кончай огороды городить, - победив кашель, резко высказал ей парень. – Над тобой смеются, а ты все за чистую монету принимаешь!

- Смеются? – тихо вопросила девушка. – Вы смеялись над Джубией, Грей-сама?

- Я неудачно пошутил – нет никакой незнакомки. Так что успокойся и спи.

- У вас жестокий юмор! – возмутилась та.

- А у тебя жестокое воображение! – не остался в долгу созидатель. – Подозреваешь меня во всех смертных грехах…

Девушка-дождь смешалась.

- Простите… - виновато выдавила она. – Джубия просто расстроена.

«Расстроена».

Грей поумерил всколыхнувшееся, было, раздражение. Что же он делает? У него нет права срываться на нее – сам во всем виноват. По чьей вине, спрашивается, она чувствует себя неуверенно?



Итак, соперницы нет – это хорошая новость. Но, если никто Грея-сама не соблазнял, то почему же тогда он отдалился от Джубии? Неужто… дело в ней самой?

Мысли вернулись туда, куда им возвращаться не хотелось: выходит, Джубия, действительно, не интересует Грея-сама как женщина.

Когда в паре нет физического притяжения, чувства со временем остывают, отношения портятся. Водяной фее не единожды приходилось слышать подобные истории. И вот теперь, кажется, ее отношения постигла именно эта беда: Грея-сама совершенно не влечет к Джубии. Сегодняшний вечер – прямое тому подтверждение. Ни словом, ни делом он не намекнул ей на секс, хотя все, вроде бы, располагало к подобным намекам. Тогда, с «десертом»… может быть, ей просто повезло. Но то была всего лишь единичная случайность, и ледяной маг отругал ее после, запретив когда-либо такое повторять. А вот сегодня – не случайность. Грей-сама остался равнодушным, хотя она приложила немало усилий, чтоб его растормошить. Видимо, так и есть – он не видит в ней женщину, с которой хотелось бы лечь в постель. Потому и не лег.

- Грей-сама, - снова заговорила девушка-дождь. – Джубия… совсем вас не привлекает?

Юноша открыл глаза, острым, как лезвие, взором пронзая темноту.

- Вы не воспринимаете Джубию как женщину…

«Прекрати».

- Вам не хочется сделать с ней что-нибудь неприличное.

«Сейчас же!»

- Джубии не достает… се-сексуальности…

«Дурочка…»

Зачем наговаривает на себя? Разуверить бы ее сейчас. Стереть из дурной головы совершенно надуманные переживания. Да только если он ей скажет правду-матку: «Глупая, да я возбуждаюсь от одной лишь мысли о тебе» - что сделает Джубия? Верно – прилетит к нему. И больше уж Грей ее от себя не отгонит.

Он как-то раз уже попался в этот капкан. Тогда водяная фея так же нудела: «Грей-сама не хочет прикасаться к Джубии как к женщине». И ведь-таки добилась своего – он вышел из себя и прикоснулся к ней «как к женщине», о чем буквально в ту же минуту и пожалел, сообразив, что у девушки тепловой удар и она бредит. Но это тогда, в прошлом, он еще мог проявлять благородство, сидеть у ее постели всю ночь и выхаживать. В настоящем – не может. У Джубии нет нынче никакой лихорадки. И если Грей сейчас коснется ее как мужчина женщины, она женщиной и станет, навсегда распрощавшись с девичеством.

Не надо думать, что его «иммунитет» к ней бессрочен. То, что предпринял юноша, чтобы снять с себя напряжение, вовсе не решило проблему. Оно лишь сняло на время симптомы, как жаропонижающее сбивает ненадолго жар. Но пока Джубия рядом с ним, она постоянно рискует, поэтому слишком близко к нему ей лучше не подходить. Когда «иммунитет» исчезнет, он будет готов ко второму раунду. Только уже не с воображаемой партнершей, а с реальной – из плоти и крови – девушкой-дождем.

Вот почему юноша так торопился поскорее лечь и заснуть. Пока не вышло время действия его защиты, пока организм не пришел в себя после предыдущего опыта, пока не работает любая эротическая стимуляция, будь то вид обнаженного женского тела, объятия и даже поцелуи – пока Джубия никоим образом не сможет его снова возбудить, Грею нужно было исключить такую возможность в будущем. Иначе говоря, сделать так, чтобы этой ночью девушка больше к нему не полезла. И он надеялся, что она не станет, если будет думать, что он спит.

Пускай «дикое» желание и поуспокоилось, им с Джубией все равно нельзя вступать в близость сегодня. Даже сейчас, «спустив пар», юноша так и не обрел уверенности в том, что в случае попытки пройдет испытание с честью: станет внимательным, заботливым и аккуратным любовником для Джубии, у которой это впервые. Проблема в том, что у него… Черт! Да о чем тут говорить! Ведь все это произошло так спонтанно! Еще в начале вечера, когда звал девушку к себе, он ни сном, ни духом не ведал, что, оказывается, так сильно ее хочет. Для него самого такая страсть внове. И что с ней делать – непонятно. Как восстановить, хотя б частично, трезвость ума, без которой немыслимо исполнить гладко роль первого сексуального партнера невинной девы?



Водяная фея, озабоченная новой проблемой, морщила лоб, сосредоточенно ища выход из положения.

Можно ли ее как-то развить, эту женскую привлекательность? Ведь если Джубия не исправит свой недостаток, отношения, которыми она так дорожит, в скором времени рухнут. Грей-сама уйдет от нее к какой-нибудь сексапильной тигрице, которая, в отличие от девушки-дождя, вызовет у него желание овладеть ее телом.

И как же быть? Может, по-тихому подсунуть ненаглядному зелье из амур-амура? Тогда ему станет плевать на то, сколько в Джубии сексуальности. Красавица иль уродка, одноглазая, кривоногая – с того зелья так припрет, что любая устроит. Главное – оказаться рядом с ним в тот момент, когда оно подействует. С чем, кстати говоря, могут возникнуть проблемы…

Вспомнив прошлое, волшебница идею отвергла.

Нет уж, слишком большой риск. Да и она обещала ему, что больше ни-ни – к магии для соблазнения прибегать не будет.

Эх, но должно же существовать хоть какое-нибудь решение проблемы! Есть ведь какие-то там специальные методики, тренинги на подобие «Как заинтересовать мужчину сексом с вами». Джубия хотела бы пройти такой курс. Позанималась бы – глядишь, и Грей-сама разглядел бы в ней женщину. Если она повысит свою сексуальную привлекательность, его начнет к ней тянуть. И тогда их отношения спасены от краха!

Девушка-дождь мысленно подбодрила себя: ничего, выход есть – нужно просто приложить старания. Ее главный козырь – любовь. И, пока Джубия работает над собой, Грей-сама должен помнить о том, как ее чувства к нему сильны и горячи.



Босые ступни прошлепали по полу.

- Грей-сама?..

В футболке с мужского плеча, в обнимку с подушкой, девушка-дождь замерла у футона, прислушиваясь к ровному дыханию спящего. Убедившись, что он, действительно, спит, водяная фея присела на корточки, осторожно приподымая краешек одеяла.

Мысли бросились врассыпную, точно крысы с тонущего корабля.

Ледяной маг не спал и – Грей понял мгновенно: сейчас та, которой следовало бы держаться от него подальше, сама войдет в клетку к тигру – Джубия влезет к нему в постель.

Секунда, чтобы сделать выбор.

Остановить ее? Но тогда всплывет наружу, что он лишь изображал крепкий сон. И встанет вопрос: а зачем притворялся? Почему смолчал, когда она возводила на себя поклеп? Молчание – знак согласия: тут-то его и прихватят за жабры! «Раз не опровергли, Грей-сама, значит, и правда, считаете, что Джубия несексуальна».

Или же позволить лечь рядом. Но тогда покойник – он. Всю ночь пролежит окоченевшим трупом, в страхе ненароком шевельнуться, задеть ее тело и – потерять контроль над собой.

Одно из двух: прогнать Джубию, сделав ей больно, или же пожертвовать собой, подставляясь под удар судьбы. Что ж, выбор очевиден.

Ледяной маг не шелохнулся. Девушка-дождь благополучно забралась в его постель и, придвинувшись к напряженному телу юноши, в точности скопировала его позу.

Теплое дыхание разлилось по шее. Ласковая ладошка приникла к спине.

- Грей-сама, - прошептала водяная фея. – Джубия любит вас!

Боги! Ну, зачем!

Созидатель едва не застонал.

Зачем она такая? Он же не вытерпит! Он же сейчас развернется к ней и эту ее невинность…

Девичья ручка проскользила вниз вдоль хребта – до поясницы, переползла через левый бок и приобняла ледяного мага за талию, упокоившись у него на животе.

От прикосновения к налившимся сталью мышцам кровь взыграла, ударяя в пах. Томительный отголосок сладости мурашками прокатился по коже. Поглотив вздох, Фулбастер потрясенно оцепенел – внизу началась знакомая активность.

Как, уже?! Уже – время? Черт возьми! И это все, что ему удалось выиграть? Весь эффект профилактической меры, на которую пришлось пойти?

Возбуждение, как невод, оплело тело. И вдруг...

«У-ух ты ж!..» - страсть резким выстрелом поразила главную мишень.

Водяная волшебница совсем по-хозяйски спустила ладонь к резинке трусов. Упругие молочные железы мягко привалились к твердой спине.

Созидатель стиснул зубы, стараясь дышать ровно.

Внизу поднялось уже на тот максимум, который только позволяли трусы.

Нельзя больше сбежать в ванную, как в прошлый раз. Нельзя заставить соблазнительницу прекратить. Нельзя даже пошевелиться! Черт возьми! Если ее ладонь сползет еще ниже, Джубия моментально просечет, что с ним такое. И она ведь реально близка! Еще чуть-чуть и поздоровается «за ручку» с его эрекцией. Тогда силе воли – каюк. А Джубии… Джубии придется забыть о сказке. Отберет он у нее, прости господи, эту чертову девственность. Вот только первый раз не станет волшебным – увы.

Лишь одна военная хитрость могла бы спасти положение...

Юноша «заворочался во сне».

- Грей-сама?..

«Нет, я сплю, Джубия».

Словно невзначай, он накрыл ладонь девушки своей, чтобы зафиксировать ее на месте. Второй рукой незаметно через плавки оправил сильно раздобревший орган так, чтоб тот не выдавался столь очевидно в направлении ладошки водяной феи.

Ох, и заимеет он после такой ночки весьма неприятные ощущения: болеть же будет, как пить дать. А что делать? Хах, будто тут есть, из чего выбирать!

И ледяной маг продолжил делать вид, что спит.

Щеки волшебницы налились слабой краской.

«Что же с вами такое, Грей-сама?» - переживая за любимого, молчаливо спросила она его безответную спину.

Во сне вы ведете себя так, будто любите Джубию. Но за весь вечер… почему же за весь вечер, Грей-сама, вы так и не поцеловали ее?



Утро подкралось незаметно – ледяной маг не помнил, как сон сморил его. Похоже, спал он всего несколько часов, однако, на удивление, выспался хорошо. Да и чувствовал себя так, словно жизнь удалась. Несмотря на сложные условия, в которых прошла ночь, ничего нигде не болело. По телу разливалась приятная благодать, и единственное, пожалуй, что немного мешало идиллии – это липнущие к телу сырые плавки.

Постойте-ка…

Мозг, очнувшийся от утренней дремы, заработал, наконец, в полную силу.

Мокро и липко? Это ж… Бли-ин!

Он, что – еще раз?! И теперь – прямо во сне?

Не то, чтобы подобного с юношей вообще никогда не случалось… Но, ё-моё! Не на следующий же день, после предупреждающей такие вот эксцессы процедуры! Вот если б он месяц себя не баловал, тогда, конечно. Тогда, разумеется, организму бы пришлось взять все под свой контроль и выбросить скопившиеся излишки в бессознательном состоянии. А сейчас-то – какие могут быть «излишки», если парень сам собственноручно вчера вечером их ликвидировал?!

«Ну, Джубия…» - Грей не сомневался, кому обязан «подарочком».

Сексуальности ей не хватает – да как же! Почему ж тогда он от одних мыслей о ней уже два раза… И, кстати, когда она легла к нему вчера…


Тут Фулбастера как током дернуло. «Черт! – вспомнил созидатель. – Джубия!»

Она же еще здесь! Он же до сих пор с ней в одной постели!

Ладонь с живота исчезла, не щекотало больше шею и дыхание. Зато одна из конечностей волшебницы – похоже, все-таки, нога – оказалась заброшенной молодому человеку на бедро.

Грей принялся гадать, спит любезница или нет. Видимо, все же, первое: если б не спала, то, поди, убрала бы с него свою ногу.

Уф! Кажется, удача ему благоволит. Если б Джубия бодрствовала, возникли бы определенные трудности с тем, чтобы покинуть футон. Пришлось бы ломать голову, как замаскировать выразительное пятно на плавках. Конечно, можно было б выйти из положения – обмотаться одеялом, которое, так и так, придется теперь стирать, и в таком виде доползти до ванной. Но, все равно, исключить полностью риски нельзя. Как вчера девушка-дождь едва не разоблачила «главаря преступного синдиката», так и сегодня может отыскать улики против него, серьезнейшая из которых – следы ночного семяизвержения вышеупомянутого товарища на трусах. Короче, шанс, представленный судьбой, терять никак нельзя. Пока Джубия спит, надо скорей выбираться из «оцепления».


Стараясь, как можно меньше потревожить девушку, Фулбастер осторожно перевернулся на спину. Приподнявшись на локтях, повернул лицо к водяной фее и смог обозреть всю ее спящую форму целиком. В отличие от Грея, который практически всю ночь провел в одном положении, Джубия под утро сильно разметалась. Скинув с себя одеяло, она разбросала конечности на две трети футона. При этом правая нога очутилась верхом на соседе, а левая рука от плеча до кисти – на полу. Футболка бесстыдно задралась, оголяя пупок, а голые разваленные бедра выставили напоказ ластовицу трусов. Но что больше всего озадачило рассматривающего девушку парня, так это неслабое дополнение к вызывающей позе – правой рукой водяная фея схватила себя за грудь. И не просто приложила ладонь, а, именно, сдавила ею левое полушарие. На правом же, оттянув вверх ткань футболки, вздымался отвердевший сосок.

Обалдеть!

Грей молниеносно перевел взгляд на лицо спящей.

На щеках ее пышной фуксией пламенел румянец. Брови чуть подрагивали, губы – поджимались в невысказанной мольбе. Перекатив голову влево, вскоре она повернула ее вправо, будто искала облегчения. В конце концов, ее лик обратился к ледяному магу, и водяная фея разрешилась тихим вздохом.

Вдоль позвоночника побежали мурашки.

Что, Джубия? Никак и ты приятный сон видишь?

Фулбастер показался себе вором вне закона. Он будто он крал у Джубии ее тайну, которую волшебница, будь она в полном сознании, попыталась бы скрыть от чужих глаз. Но как воровское ремесло влечет к себе азартных, так изобилующая интимностью сцена увлекла охочего до таких моментов с девушкой-дождем созидателя. Так что он даже чуть не забыл о собственном секрете, для сохранения которого следовало убраться от возбужденной феи немедленно.

Сняв с себя ее ногу, юноша, спать которому пришлось у стены, начал перебираться через волшебницу с тем, чтобы вылезти из футона. Но в этот момент Джубия пошевелилась.

- Грей-сама...

Парень так и замер в полуприсяде над спящей. Та сморщила нос, словно вот-вот собиралась проснуться.

Ага, сейчас раскроет глазоньки, а тут он – ее «утренний сюрприз», верхом на ней и в перепачканных другим «утренним сюрпризом» плавках.

- Грей-сама-а!.. - требовательно протянула водяная фея, вслепую шаря по футону рукой – очевидно, искала беглого возлюбленного.

Ну, а тот, в свою очередь, искал, чем можно себя заменить. И нашел – Грей заметил подушку. Вчера вечером он определил ее в кровать к Джубии, и, видимо, девушка притащила ту с собой, когда пришла к нему. Ночью же фея столкнула подушку на пол, где та и валялась теперь. Фулбастер быстро потянулся, подхватил свою спасительницу за угол, и всунул ее в руки вновь заворочавшейся Локсар. Ощупав новое приобретение, девушка-дождь удовлетворенно затихла.

Когда кризис миновал, ледяной маг благополучно переправился через туловище волшебницы на другую сторону и уже готов был почувствовать себя в безопасности, как вдруг его возлюбленная снова завозилась.

- Грей-сама~~ - промурлыкала она во сне. - Аннн~~~…

Юноша не удержался, с любопытством поворачиваясь на голос. И ему представилась картина – до такой степени пошлая, что к носу прихлынула кровь.

Сластолюбиво обнимая подушку, которая, вне всяких сомнений, была для нее им, Джубия перекатилась на бок, раздвинула бедра и впихнула нижнюю часть подушки между ними, со стоном сдавливая ее ногами.

- Грей-сама!..

Созидатель дьявольски покраснел.

Ну, теперь вообще не секрет, что ей снится. И с кем.

Интересно, - пришло вдруг на ум, - а может ли Джубия, как он – достичь кульминации во сне?

И, как только Грей себе это представил, так реакция не заставила себя ждать. Спохватившись, парень едва не взвыл в голос.

«Куда! – зашипел он на пробудившегося «приятеля». - Чтоб тебя… Куда ты опять встаешь?!»

Невзирая на протесты хозяина, мужское орудие ретиво поперло вверх.

«Уймись уже! – взмолился юноша. – Да сколько ж тебе нужно?!»

Столько, сколько ты мне не дашь, - зло запульсировал член. – А вот она – даст.

Плавки растянулись, красноречиво выпячиваясь в направлении девушки. Ледяной маг с досады застонал сквозь зубы.

«Сволочь! Она же спит!»

Она тебя хочет, дубина.

Охренеть! Такое чувство, что у него вторая голова отросла, да еще и спорит с основной.

«Совесть имей!»

Сам имей свою совесть! А я буду – вон ту синеокую барышню. О да, ее бы я с великим удовольствием…

«Проклятье!»

Ледяного мага окончательно взбесил ход мыслей, навязанный ему своевольной частью тела.

«И чего тебе не ЛЕЖИТСЯ спокойно?»

Увы, пытаясь укротить свое непослушное хозяйство, Фулбастер раз за разом терпел поражение. Потому что дело приходилось иметь не с ручным песиком, а с упрямой физиологией, которую сколько не дрессируй – тотального подчинения не добьешься. Чем больше ты командуешь ему «лежать», тем крепче он стоит…

Ох, Джубия…

Юноша, в очередной раз проиграв природе, которая наградила его третьей за меньше, чем половину суток, эрекцией, кинул взгляд на томно улыбающуюся во сне водяную фею.

Однажды ты мне это возместишь, - пригрозил ей он. – Готовься, я тоже буду с тобой беспощаден…



Когда Грей вернулся из душа, Джубия еще спала. Правда, похоже пора сладких сновидений осталась позади. Дыхание девушки-дождя выровнялось, с щек испарился фривольный румянец, тело перестало так непристойно льнуть к подушке. Но вот трусами водяная фея так и светила – ведь футболка не могла опуститься сама по себе и прикрыть бесстыднице оголенный зад.

Н-да… Ничего-то ты не боишься, Джубия. Помнишь ли вообще, где спишь? Или вообразила, что ты у себя в общежитии и, значит, о позах можно не заботиться? А, может, думаешь, что твой «Грей-сама» настолько праведный, что у него и мысли не закрадется воспользоваться твоей доверчивостью. Так вот – чтоб ты знала: не бывает таких «праведных» парней, которые, видя девушку, сверкающую перед ними трусиками, ни разу б не подумали о том, как эти трусики с нее снять. Так что, давай-ка прикроем тебя одеялом, пока у твоего молодого человека опять не закончился «иммунитет». Да-да, ему снова пришлось прибегнуть к временному «жаропонижающему». Видишь, что из-за тебя творится? Третий раз уже за полсуток бедняга избывает свою тоску по тебе.

Созидатель накрыл водяную фею одеялом с кровати, заменив им то, что пострадало от его нечаянного излияния ночью. Джубия немного поерзала под новым одеялом, но быстро успокоилась и продолжила как ни в чем не бывало спать дальше. Юноша еще постоял рядом с футоном, наблюдая за ее расслабленным лицом. И внезапно ощутил приступ волчьего голода. На сей раз в самом прямом смысле этого слова. Есть захотелось так, что закружилась голова, заскулил желудок и рот наполнился слюной.

Странно, вроде вчера не перенапрягался, да и поужинал не слишком рано. Но жрать, извините за выражение, хочется, будто всю ночь вагоны с углем разгружал. А подкрепиться-то дома и нечем! Не будешь же, серьезно, горчицу мазать на чеснок и класть такой бутерброд на язык. Бррр!

Будь Грей без Джубии, он бы прямиком пошел в гильдию и там нормально позавтракал. Но нельзя ж оставить гостью, которая все еще спит, одну. Будить, опять же, жалко…

В конце концов, парень решил пробежаться до ближайшей овощной лавки. Она, по его памяти, открывалась раньше других. Одними овощами, правда, он, вряд ли, наестся, но хоть червячка заморит, а там уж можно будет купить что-нибудь посущественней на станции.

Водяная фея не проснулась и тогда, когда ледяной маг вернулся домой с продуктами. Ему повезло: удалось разжиться не только овощами, но еще десятком яиц, свежим молоком, маслом и даже головкой сыра. Вполне себе неплохой завтрак вырисовывался.

Затворившись на кухне, чтобы громыханием посуды не разбудить девушку, юноша принялся кашеварить. На сей раз таких осложнений с готовкой, как накануне вечером, у него, слава богу, не возникло. Яичница-глазунья хорошо прожарилась, нисколечко не подгорев, сыр, в отличие от давешнего яблока, нарезался аккуратными, в меру тонкими, ломтиками. Зелень ледяной маг в два счета нашинковал острым ножом, не повредив при этом ни одного пальца.

Когда завтрак был готов, Фулбастер отворил дверь в комнату, проверяя, как там Джубия. Та все еще спала. Кажется, даже благоухание свежей яичницы, приготовленной ее ненаглядным, девушку не прельщало.

Да уж – ну, она и дрыхнуть!

Пришлось шеф-повару отказаться от идеи позавтракать в компании прекрасной постоялицы и съесть свою порцию в полном одиночестве. Ждать Джубию было некогда – время уже поджимало.

Убрав после себя на кухне – нетронутую порцию девушки-дождя он оставил на столе под пленкой, юноша пошел одеваться, попутно размышляя, как лучше поступить с гостьей. Ему скоро из дома выходить, а она все спит. Правда, с побудкой он, кажется, сильно запоздал. Что толку поднимать ее сейчас? Чтоб Джубия, как в армии, собралась за пять минут и вышла из дома вместе с ним? Нет уж, пускай спит дальше. Но уйти, не попрощавшись с нею, тоже нехорошо. Да, ведь, и кто-то должен будет запереть здесь все, когда она уйдет. Кто это сделает, пока Грей на миссии?

И тут юноша вспомнил, что вчера как раз перед самым приходом водяной феи собирался писать ей записку. Но так и не написал. Зато сейчас – надо же – даже повод подходящий имеется!

Ну-ка… где там были ручка с листком?

«Завтрак – на столе. Пойдешь домой – запри дверь на ключ». Подписаться под посланием ледяной маг и не подумал.

Вместе с этой запиской он прошагал футону и, присев возле него, положил листок на пол, максимально близко к носу девушки, чтобы та увидела его сразу, как проснется. Прижав бумажку сверху ключом, чтобы та не улетела, если вдруг Джубия чихнет ненароком во сне или смахнет записку рукой, созидатель, еще немного полюбовавшись на волшебницу, поднялся на ноги, перевесил через плечо сумку и пошел к входной двери.

Замок кликнул, отпираясь. Грей готов был отворить дверь, когда…

- Грей-сама…

Созидатель сразу понял, что она проснулась. Тон голоса был не таким, как часом ранее, когда девушка-дождь звала его сквозь сон. Теперь она обращалась к нему осмысленно – вне всяких сомнений, водяная фея бодрствовала. Ну вот… а он так старался сберечь ее сон…

- Разбудил?

С небольшим опозданием ледяной маг обернулся к волшебнице. Та как раз садилась на футоне, спуская с груди одеяло, которым юноша ее накрыл. Целомудренно оставив нижнюю половину туловища «под прикрытием», девушка слегка развернула верхнюю к хозяину квартиры и отрицательно покачала головой.

- Джубия сама проснулась.

Со сна Локсар выглядела презабавно. Глаза глубокого темно-синего цвета так и не раскрылись во всю свою ширину. Футболка съехала набок, приоткрыв одно плечо и врезавшись горловиной в шею со стороны второго. На щеке отпечаталась складка простыни, на голове бушевал кавардак из синих волос, посреди которого, как у туземца, торчало перо от подушки.

«Презабавно»... Но это не совсем то, что почувствовал Грей. Гораздо ближе к его чувствам было «мило».

- Уже уходите?

Созидатель кивнул.

- Мне пора. В полдевятого нужно быть на станции.

Ему, действительно, надо было выдвигаться. Он же сегодня не один, а с ребятами. В данном случае, важнее всего, что среди этих ребят – Эрза, которая страшно не любит опозданий. А юноша и так уже замешкался, пока сочинял для водяной феи записку. Сейчас ему придется идти скорым шагом, чтобы наверстать «отставание от графика».

- Джубия, - решил сказать ей лично созидатель, - я там тебе записку написал…

Но волшебница, похоже, не слушала его. Вот уже некоторое время она как будто что-то обдумывала, и, когда ледяной маг волей-неволей сделал паузу, видя, что его слова до нее не доходят, девушка заговорила сама.

- Грей-сама, можно задать вам один вопрос?

Юноша слегка растерялся, но все же кивнул.

- Ну?

Неловкий румянец обуял щеки, девушка-дождь, словно решаясь на отважный поступок, прикусила губу.

- Скажите… с Джубией… что-то не так?

Грей сначала не понял.

Что с ней может быть не так? О прическе, что ли, волнуется? Или о том, что глаза заспанные?

Но, когда она продолжила, понимание разом пришло к юноше. Вместе с тяжелым и острым, как лезвие топора, чувством вины.

- Вчера… - водяная фея напряженно стиснула край одеяла, - вчера вы весь вечер игнорировали Джубию…

«О, черт…» - ледяной маг сейчас же почувствовал себя распоследней сволочью.

- Джубии не достает… чего-то важного. Чего-то, что Грей-сама ищет… в женщине.

Она говорила с частыми паузами, чтобы перевести срывающееся дыхание.

- Но Джубия разочаровала вас. У Джубии нет того, что надо Грею-сама. Джубия оказалась… никудышной «женщиной»…

Невыносимо! Как она может настолько заблуждаться? Ну, хорошо, пускай вчерашний вечер завершился не самым удачным образом, но ведь до этого-то! Он пригласил ее к себе, натирал ее многострадальные ноженьки лечебной мазью (Кстати, как они? Мозоли должны были подсохнуть...), молоко ей то, чертово, принес! Футболку свою дал, подушку – ту самую, с которой она потом «любилась» во сне… Единственное – не домогался, хотя один дьявол только знает, как ему хотелось ее… присвоить! Как, вообще, Джубия может делать выводы на основании одного вечера? Разве тогда, в лодке, когда Грей свалил ее на дно, эта дурочка не чувствовала, что он уже плохо справляется со своей страстью к ней? Разве не видела, как он на нее смотрел, когда помогал с платьем? Черт, может она еще и не поняла, что то дурацкое платье он хочет сорвать с нее? Не сосчитала, сколько раз он мысленно ее раздел? А про «десерт» она и вовсе забыла! Правильно, зачем же помнить? Это ж только он тогда едва не кончил, блин, у всех на виду!

- Замолчи сейчас же, - не вытерпел созидатель. - И чтоб я больше никогда не слышал такого.

- Но Грей-сама… - жалобно возразила девушка, - Джубия уверена, что не смогла увлечь вас собой вчера, потому что…

- Потому что от тебя это не зависело, - перебил ее юноша.

Грей решил пойти по пути наименьшего сопротивления. Издревле известный факт: чтобы ложь давалась легче, врать надо как можно ближе к истине. И как можно больше не договаривать, чтобы собеседник, домысливая несказанное, сам обманывал себя.

- Вчера я неважно себя чувствовал.

«…потому что безумно хотел тебя».

Синеглазая фея встревожено встрепенулась.

- Что с вами, Грей-сама? Вы заболели?

Моментально забывая о своих «бедах», она готова была ринуться оказывать любимому любую врачебную помощь, какую только сумеет. Массаж сердца, искусственное дыхание, растирание ног и груди... Укол, компресс, горчичник, капельница…

Джубия все сделает, все вам поставит, только живите, Грей-сама! Не оставляйте Джубию, без вас ей нет смысла существовать!

Увидев по лицу феи, что та всерьез перепугалась за его здоровье, созидатель поспешил паникершу упокоить.

- Мне уже лучше, - произнес он. – Я принял три таблетки: вечером, ночью и еще одну – утром, так что теперь точно все будет в порядке.

- Ах, какое облегчение, Грей-сама! – вздохнула девушка-дождь, расслабляясь, но буквально сейчас же воскликнула:

- А у вас, случайно, не живот болел? Джубии сразу показалось странным, что вы так резко убежали в туалет…

Вообще-то, в ванную – но, раз санузел совмещенный, то, конечно, и с «туалетом» не поспоришь. Вернее, поспорить-то можно, но выиграть спор – никогда. Если только не открыть водяной фее правду.

- Даже воду включили, чтобы Джубия не слышала, как вам плохо! – продолжала складно развивать чужую ложь девушка-дождь. – Грей-сама! Надо было сказать сразу, что у вас несварение…

«Несварение? Ну, спасибо!»

Фулбастер даже покраснел.

Что, здорово соврал? – противно съехидничал внутренний голос.

Теперь Джубия уверена, что те пятнадцать минут в ванной он просидел на унитазе. Воду пустил, чтоб заглушить звуки: стоны, кряхтение и… короче, даже представлять мерзко, какие еще. Спать с нею отказался – из-за опасности газов. А ночь – мучился коликами и прочими симптомами, типичными для расстройства желудка.

- Джубия…

Грею внезапно катастрофически захотелось переубедить ее. Нет у него никакого несварения!

- Вам, наверное, было неудобно говорить о таком с девушкой… - проницательно предположила Локсар.

Да естественно ж! Причем об обоих «заболеваниях»: что о притянутом за уши несварении, что о «сперматоксикозе», которым он мучился по факту. И – честно, юноша уж и не знал теперь, за какое из двух ему неудобней. Да, кстати, а почему Джубии самой «удобно» ставить ему такие диагнозы? Какое еще несварение? Не могла что-нибудь поблагородней подобрать? Из-за кого, спрашивается, он вообще «занемог»? Э-эх…

- Грей-сама, теперь, когда вы все разъяснили Джубии…

Что?! Да ты ж сама все себе «разъяснила»! Хотя нет – наоборот, «затемнила» и извратила донельзя.

-…Джубия должна вас простить, но…

«Но?» - созидатель вопросительно уставился на девушку. Та смущенно сглотнула и продолжила:

-…но почему-то сердце Джубии – в сомнениях. Джубия и сама не понимает… Может быть, ей просто хочется стать человеком, которому вы сможете довериться полностью. Джубия была бы счастлива сделаться для вас самой близкой подругой – той, которой Грей-сама будет рассказывать даже о таких вещах, о каких поведать кому-то еще… стыдно.

Ледяной маг выслушал свою девушку внимательно.

Сколько бы раз он не называл ее «глупой» за излишнюю мнительность, не нарекал «бредом сивой кобылы» гипертрофированные фантазии водяной феи, не дивился наивности, не пугался самых экстравагантных проявлений ее любви к нему, но иногда бывали моменты, когда Грей чувствовал в Джубии глубоко развитую личность, со своими уникальными представлениями о жизни и самостоятельно накопленной мудростью. Причем, личность та была, вне всяких сомнений, женской – по всей своей глубине, а не только во внешнем поверхностном слое. И любит его Джубия тоже «по-женски». И, наверное, этим как раз и очаровала… Ведь женственность ее притягивает тем сильней, чем ближе узнаешь водяную фею. Уж не это ли качество и называют «женской привлекательностью», на нехватку которой так сетовала девушка-дождь?

- Чем я могу заслужить прощение? – спросил ее ледяной маг. Волшебница склонила набок голову, размышляя над вопросом. Наконец, она озаренно улыбнулась.

- Поцелуем!

«Поцелуем?» - юношу изумила столь низкая цена расплаты.

Она простит его за один поцелуй? А не сильно ли это дешево, Джубия? Не слишком ли мало ты берешь с человека, которой заставил тебя усомниться в собственной привлекательности? Ведь ты могла попросить все, что угодно, и он бы выполнил любое твое пожелание, чтобы загладить свою вину пред тобой. Не пожалеешь потом, что упустила такой шанс? Смотри, а то ведь ты б могла сейчас помочь своему молодому человеку естественным образом сделать шаг к первой настоящей ночи с тобой…

Стаскивая на ходу сумку, созидатель направился к футону. Дошагав до него, не глядя спустил сумку куда-то на пол и присел напротив ожидавшей его водяной феи.

Та, как и всегда, с его приближением немного порозовела.

Прежде, чем целовать ее, Грей взял девушку за плечи и посмотрел ей в глаза – так же, как вчера, с воображаемой Джубией, когда хотел передать той свои мысли и чувства.

- Прости меня.

Притянув волшебницу к себе, он, наконец, поцеловал ее. Джубия обняла одной рукой лицо юноши, сбоку поглаживая пальцами его чуть вихрастые, но шелковистые на ощупь черные волосы.

Ее губы… Боже, как же он по ним соскучился! Полторы недели не целовал наяву. Во сне – не в счет, во сне он их чуть ли не каждую ночь расцеловывает.

Но Грей вдруг понял, что с губами Джубии что-то произошло: они переменились – обрели какой-то новый вкус. Или же это он сам только что научился этот вкус различать – по-настоящему распробовал. Он был сровни сильному наркотику – этот вкус: юноша сцеловывал и сцеловывал упоительную сладость с девичьих губ, но ему все было мало.

Еще, Джубия… больше!

За большим он ворвался к ней в рот, с вожделением оглаживая языком скользкие стенки теплой пещерки. И, конечно, ее обитателя – нежный и мокренький язычок… Волшебница непроизвольно застонала. Именно, тогда у Фулбастера окончательно сорвало крышу. Джубия не сделала ровным счетом ничего. Она так и осталась в амплуа милой скромницы, зато ее возлюбленного точно подменили.

На раз Грей свалил Джубию на футон, тут же подминая под себя. Водяная фея опять застонала – от его настойчивости. Живот стянуло голодным спазмом желания.

Она была изумлена, она искала подвох, боясь поверить в происходящее, но, все-таки – верила. Она была рада. И она была… немножко растеряна.

Джубия совсем-совсем не узнавала своего Грея-сама. Чтобы он был таким страстным, таким несдержанным, таким инициативным и таким… доминирующим над ней? Чтобы Грей-сама с такой доселе невиданной жадностью пожирал ее рот? Может быть мир перевернулся? Может, небо упало на землю, а земля взмыла ввысь? Может, звезды теперь под ногами? Может, солнце – луна, а луна стала солнцем? Может… дождь идет снизу вверх? Может, дождь даже больше не дождь, а вода – не вода? Потому что лед перестал быть холодным, лед больше не лед. Ее Грей-сама… он ведь не ледяной, он сейчас… огненный!

- А-ах!

Джубия выгнулась, ощутив жадные губы на шее, чуть пониже уха.

- Грей-сама-а!

Рука инстинктивно зарылась в копну черных волос, притягивая ближе того, кто делал телу так приятно. А юноша поймал губами мочку уха и принялся посасывать ту, волнуя языком, заставляя девушку вскрикнуть.

О! Это было в миллион раз лучше, чем в том сне, что снился ей сегодня. Нет – во всех снах, где любимый ласкал ее. Потому что никогда в жизни – ни во сне, ни в самой смелой из своих фантазий – она и представить не могла, что он будет делать это с таким бурным энтузиазмом.

А энтузиазма, действительно, было через край. Держи Грея сейчас семеро – не удержали бы. Девушка-дождь, о которой он столько мечтал, наконец-то была в его полном распоряжении. Она стонала, мурчала, точно влюбленная кошка, возилась и ерзала под ним, вздыхала с истомою «Грей-сама» и подставляла трепещущую шею его поцелуям.

- Мх… - пальцы на ногах подогнулись, когда фея ощутила мужскую руку, интимно поглаживающую под футболкой ее живот. Ее тело сходило с ума от прикосновений любимого, хотя те вовсе не были такими мягкими и бережными, как девушке грезилось ранее. Иногда их даже можно было отнести к жестким. Впрочем, Джубии очень нравилось, как решительно и властно Грей-сама ее трогает. Будто они давние любовники, будто ласкать девушку-дождь, подводя ее к сладкому пику блаженства, - его цель, будто Джубия воистину его женщина.

- Мм… Грей-са.. мм!

Юноша опять принялся терзать вкусный ротик.

Господи, какого черта он потерял столько времени? Целую ночь! Целую ночь, чтобы насладиться этим неповторимым вкусом! Если б они начали раньше, Джубия уже принадлежала бы ему. Зачем он вообще придумал всю ту муть, о которой сейчас еле помнит? Нет, правда – что его удержало накануне? С какого перепугу вдруг он решил, что им нельзя заниматься сексом?..

- Мх… Грей…

Она даже уважительный суффикс не успела добавить – ледяной маг тут же снова поймал надумавшие сбежать от него губки.

- Мннн!..

«Грей-сама, Джубии же нужно дышать – вы помните об этом?»

Изнемогающая водяная фея теряла последние запасы воздуха. Если ее партнеру как-то удавалось вдыхать и выдыхать через нос, не отрываясь понапрасну от сладких губ девушки, то у ней, напротив, никак не получалось нормально ни вдохнуть, ни выдохнуть. Дыхание само по себе было затруднено из-за сильного возбуждения, да еще и ее распалившийся любовник не давал волшебнице ни секунды на то, чтоб отдышаться.

Почувствовав, что задыхается уже нешуточно, девушка-дождь уперлась ладонью в плечо созидателя, пытаясь отстранить его, чтобы он ненадолго выпустил ее рот. И получилось – Джубия истово вдохнула. Но буквально в тот же миг юноша схватил ее руку – ту, которая, можно сказать, спасла девушку от удушья – и, сжав тонкое запястье, буквально прибил его к полу. Помимо обжегшего костяшки удара, нежную кожу с тыльной стороны ладони оцарапало каким-то металлическим предметом.

Водяная фея жалобно ойкнула. Правда, вскоре неприятные ощущения выветрились, изгнанные из тела сильными эротическими переживаниями, которые то испытало, когда ледяной маг обхватил пальцами правую грудь, порывисто сдавливая упругий холмик.

- М… ах!

Джубия прогнулась в позвоночнике, подаваясь навстречу юноше, мятущаяся голова скатилась на левый бок. Где-то по пути глаза захлопнулись, а, когда девушка их медленно отворила, то увидела свою бессильно откинутую руку, прикованную к полу мужской – крепкой и мускулистой.

Пальцы феи дрожали, судорожно сжимались и разжимались, но ладонь не двигалась с места. А неподалеку валялся отлетевший в сторону «острый» предмет, который ранее ее поцарапал. Это был металлический ключ. Из-под запястья, плененного ледяным магом, выглядывал краешек листка, на котором было что-то начертано.

«Джубия, я там тебе записку написал…»

Кажется, давным-давно, еще в прошлой жизни, когда лед был льдом и вода – водой, а не сгустком тягучей нуги, что покорно сминается и растягивается под искусными пальцами скульптора, Грей-сама сказал ей что-то такое – про какую-то записку, как раз, когда собирался уходить…

- О-ох… - измученно колыхнулась грудь.

Сколько же сейчас времени? Вроде бы, Грею-сама нужно было куда-то идти… Точно, ему же надо на миссию, а Джубия его задерживает!

Даже сейчас, в самой толще чувственной неги, едва ли соображая что-то, водяная волшебница заботилась о возлюбленном.

- Грей-сама… - попыталась привлечь его внимание она. - Вы… ах!

А вот юноша, напротив, старался отвлечь ее от каких бы то ни было мыслей, не касающихся их с Джубией занятия.

Пускай забудет обо всем! Пусть думай лишь о том, как сильно она хочет ему отдаться.

Уняв стон, девушка-дождь, все же, попробовала снова.

- Вы… не опоздаете? …Ох! Ммм… Грей-сама…

Как хорошо! Нет, она, Джубия, категорически не хочет отпускать от себя Грея-сама, от поцелуев которого ее тело переживает какую-то… сексуальную революцию. Ах, кажется, мятежные волнения уже докатились до центра. Там теперь горячо и влажно. И, как не крутись, не возись, не извивайся, никак не выищешь положения, в котором унялись бы эти бесстыдные позывы к соитию. Бедра сами раскрываются, стремясь объять любимого.

- Ах, Грей-сама!.. – простонала волшебница. – Вы… мхх… слышите Джубию?

Да, ей было райски хорошо, и девушка не желала, чтобы это «хорошо» заканчивалось. Но даже сейчас она ставила благо любимого выше своего собственного. Разве он не идет на миссию, в том числе, и с Эрзой-сан? У Грея-сама будут проблемы, если он явится на вокзал с опозданием.

- Грей…сама… - Джубия самостоятельно прервала глубокий, мокрый от страсти поцелуй. Юноше пришлось сделать над собой усилие, чтобы не наброситься вновь на манящие лакомой припухлостью губы. Девушка решила использовать самый сильный аргумент.

- Эрза-сан может рассердиться…

Ледяной маг, действительно, замер, отказываясь от первоначального намерения вновь вовлечь водяную фею в дразнящую игру языками.

Умом-то Грей понимал – Джубия права: он, несомненно, рискует нажить себе неприятностей с Титанией. Ведь, ко времени сбора, наверняка, уже не поспеть. Даже если бежать, что есть духу, всю дорогу до станции. Понимать-то он понимал… да и только. Та сила, которая управляла сейчас его телом, явно не имела с умом ничего общего. Это было подлинное безумие. Он рехнулся, спятил, помешался, сбрендил, слетел с катушек, тронулся рассудком, ополоумел – называйте это, как хотите, но только Грей не мог оторваться от Джубии. Это было за пределами его возможностей. Как ей объяснить, что он не может остановиться? Не хочет останавливаться, бросать разгоряченную девушку, почти готовую принять его ноющую плоть в себя, и идти на какую-то там миссию. Как ей объяснить, что единственное, чего он желает сейчас, это она, Джубия, и что он хочет наверстать упущенную по его вине ночь, так и не понимая, почему же он тогда так глупо поступил.

- К черту Эрзу!

Синие глаза полезли на лоб.

«Грей-сама…»

Мало того, что юноша смотрел на Джубию взглядом, похожим на тот, что она видела, когда он помогал ей с платьем – да только теперь с десятикратно возросшей интенсивностью. Но ледяной маг ведь еще послал к нечистому саму Титанию! Грей-сама либо отчаявшийся самоубивец, либо одержим дьяволом. Потому что лишь эти двое дерзнут совершить столь рискованное святотатство.

Ох, Грей-сама! Вы ведь не собираетесь накладывать на себя руки? Тогда кто в вас вселился? Каким бесом вы одержимы?

Созидатель оттянул вниз ее футболку, прикасаясь губами к голому плечику, которое тотчас же затрепетало. Помнится, когда он в прошлый раз поцеловал ее в плечо, девушка-дождь бухнулась в обморок. Ну, что ж – пришло время проверить, есть ли у нее тут, и в самом деле, ярко выраженная эрогенная зона…

- А-а… А-а-а! – надрывно завсхлипывала волшебница, вцепляясь юноше в волосы, - Грей-сама-а!

Созидатель, почти озверев от ее стонов, крепко стиснул аппетитный девичий бочок. Джубия вскрикнула.

- Грей-сама!

А вот теперь уже в возгласе слишком очевидно болезненность превалировала над удовольствием. И это послужило толчком к возвращению памяти.

Прошлой ночью… Он слишком боялся потерять контроль над собой. Вот почему не притронулся к девушке-дождю.

- Извини, - скороговоркой пробормотал ледяной маг, виновато гладя пострадавшую от его произвола талию и утешающе целуя вздёрнувшееся плечико. Водяная фея воспользовалась тем, что напор поутих, чтобы еще раз призвать возлюбленного к благоразумию.

- Грей-сама, вы, правда, можете опоздать…

Фулбастер согласно кивнул.

- Ты права.

Со сложным чувством сожалеющего облегчения волшебница покрылась нежной полутенью румянца.

Ура! У нее получилось! Она уговорила его! Грей-сама признал ее правоту! Как приятно сознавать, что он считается с ее словами. Теперь, когда Грей-сама понял, какая опасность над ним нависла, он непременно…

- …Г-грей-сама?!.. – дрожащим голосом выговорила девушка.

…Нет! Что это?! Что вы делаете, Грей-сама?.. Вам же на миссию надо, помните? Вы же согласились с Джубией! Тогда почему вы снова целуете ее шею?!

- Грей-сама!!!

«Я не могу, Джубия», - мысли юноши развернулись на сто восемьдесят градусов.

Он никогда больше не сделает ей больно – только один раз, без которого никак нельзя. Как бы ни было тяжело, будет бережным, внимательным, заботливым, нежным и еще бог знает, каким, только… только пусть она не гонит его от себя!

Черт с ней, с Эрзой! И с миссией тоже. Пусть Титания порешит его после, но сначала... Сначала Джубия станет его. А потом уж Грею и на тот свет будет не страшно отправиться – никаких сожалений, что они с Джубией так и не успели познать друг друга.

- Грей-сама! Ну, пожалуйста!

Девушка-дождь отчаялась вразумить возлюбленного.

- Джубии безумно хорошо с вами, - призналась она. – Но Джубия не хочет, чтобы из-за нее у вас возникли неприятности.

Ах, дьявол! Ну что ж это такое-то!!!

Хотелось в бешенстве реветь. Пинать, рвать, колотить и крушить все, что под руку попадется. И… прижавшись к водяной фее, разрыдаться от горькой досады.

Джубия… Да ты хоть знаешь, что в тысячу раз неприятней нагоняя от Титании? Это когда любимая раззадорит и… ничего!

Эрза… Черт бы тебя побрал! Как ты умудряешься даже при физическом отсутствии отравлять всю малину! Будь проклят тот день (то есть вчера), когда он согласился участвовать в этой миссии!

Созидатель рывком отделил себя от девушки-дождя.

К великому сожалению, она, все-таки, права: надо поднимать ленивую задницу и тащить ее на вокзал. Ни это задание, ни Титания, увы, сами по себе не рассосутся. А вот четвертому за полсуток стояку, видимо, как раз, наоборот – придется «рассасываться» самостоятельно.

Благодаря тому, что Грей еще утром заправил расшалившийся орган под резинку трусов, а также надел длинное белое пальто до колен, компрометирующей шишки, выдающей с потрохами возбужденное причинное место, было практически не видно.

Подобрав с пола сумку, юноша побрел к двери, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не оглянуться. Потому что, если оглянется, если снова увидит девушку-дождь, то, скорее всего, точно никуда сегодня не пойдет. Дошагав до двери, парень обнаружил замок открытым. Надо же – это он сам оставил его так, когда собирался уйти в первый раз. Что ж, теперь абсолютно точно – пора. Жаль, конечно, что он не может позволить себе напоследок еще разок взглянуть на любимую.

Грей уже собирался отворить дверь, как вдруг нечаянно подумалось: впервые он отправляется в путь из своей квартиры, где кто-то остается его ждать.

Обычно юноша произносил эти слова только, когда отправной точкой была гильдия. Но теперь, когда Джубия здесь...

- Я пошел.

Выдав стандартную фразу прощания, ледяной маг, не дожидаясь ответа, толкнул дверь.

- Грей-сама! – немедленно послышалось из-за спины. Водяная фея была уже тут как тут – Джубия выскользнула из футона, примчавшись провожать любимого. Она вынудила его обернуться, а потом…

- Счастливого пути! – привстав на цыпочки, девушка-дождь с улыбкой коснулась губами лба созидателя, которой от неожиданности застыл в оцепенении.

Заминка длилась всего секунду, в следующую Грей схватил слабо охнувшую Джубию, неистово притискивая ее к себе и умопомрачительно крепко целуя. Его губы нашли ее растерянной, а покинули – бездыханной, с кружащими над головой звездочками, подгибающимися коленками и гулко бухающем в ушах сердцем.

- Продолжим, когда вернусь, - заявил ледяной маг, отпуская, будто тающий в руках, стройный девичий стан. Развернувшись на каблуках, он, больше ни слова не говоря, вышел, захлопывая за собой дверь.

Оставшаяся в комнате девушка, где стояла, там и осела на пол, абсолютно деморализованная случившимся. Поднеся пальцы к зацелованным, вызывающе алым губам, провела подушечками по тонкой чувствительной коже, ощущая под ней ярую пульсацию крови. И только потом - вспыхнула, краснея до оттенка кумача.

- Грей-сама…

В животе шаловливо запорхали бабочки.

11 комментариев:

  1. Аааа!!! Как долго я ждала))) Спасибо большое

    ОтветитьУдалить
  2. Идеальное обломинго, автор. Глава на высоте ;D

    ОтветитьУдалить
  3. Глава супер!))) Спасибо, автор))))

    ОтветитьУдалить
  4. Супер, нет слов! Но немного надеюсь что в следующей главе будет Нацу и Люси :3

    ОтветитьУдалить
  5. Автор, Вы потрясны) но когда же будет НаЛю? Сгорают от нетерпения) ждем, ждем поодолжения))

    ОтветитьУдалить
  6. Очень, очень классно! Это мой первый комент, но я так долго жду продолжение, что решила все же написать, прошу пишите очень жду!!!

    ОтветитьУдалить
  7. Я так долго ждала продолжения, но оно того стоило

    ОтветитьУдалить
  8. Автор-сама поднимайте свою талантливую попку и продолжайте писать проду *-*

    ОтветитьУдалить
  9. Доброго времени суток, автор! Я хочу поблагодарить вас, что вы начали писать эту историю. Я наткнулась на ваше творчество случайно, но уже после первой главы влюбилась! Это то, что я так долго искала! На удивление точнейшая передача характеров и образа героев! Книгу будто не читаешь, а смотришь. Ваше написание помогает до мельчайших деталей представить картину в воображении. Я читаю "Сладкую парочку" уже на третий раз и мне не надоедает! С нетерпением жду от вас новых глав! С Новым Годом! Я желаю, чтобы к вам вернулось вдохновение и не покидало никогда. Всего вам самого наилучшего.

    ОтветитьУдалить
  10. Автор, ну когда же продолжение будет? Особенно интересно, когда будут Нацу и Люси.

    ОтветитьУдалить